Краденая магия. Часть 2

Терезу фон Ливен сменила на пеньке некая Мария Муравьева – стройняшка-шатенка чуть ли не выше меня ростом, что называется, ноги от ушей. Началось тут тоже со взаимных поздравлений. Потом, дабы поддержать беседу, я поинтересовался, не родственница ли она ротмистру Муравьеву, адъютанту московского наместника. Девушка ответила, что в родстве с бравым офицером действительного состоит, но, увы, весьма и весьма отдаленном. А потом, почти без перехода, поведала мне, что ее соседка по комнате бесславно вылетела после эссе, и теперь она живет одна – и какая же это, мол, скука! «А у комнаты, молодой князь, такой забавный номер – три тройки! Представляете?»

Хм, откровеннее, по-моему, некуда!.

.

Пока наш разговор не принял такой вот оборот, я предполагал, что это, наверное, Салтыкова чем-то насолила местным девицам – вот те и рады, что я ее выбил, да еще и на посмешище выставил. Но тут задумался: в одной ли побежденной молодой графине дело? Может, это я вообще, типа, молодец?

Ну, или титул у меня такой заманчивый? Хотя та же Багратиони, вон, и сама княжеского рода! Впрочем, Тинатин меня в гости и не зазывала…

Еще раз повторив, как скучает в одиночестве в комнате номер 333, особенно вечером, но и в любое иное время суток тоже, Муравьева неохотно поднялась с пенька.

Будто бы невзначай продемонстрировала при этом в длиннющем разрезе удачно колыхнувшейся юбки точеную голую ножку от ступни и чуть ли не до ягодицы. Невинно похлопала напоследок ресницами и отошла. Кажется, рассчитывая, что я поспешу за ней следом. Пришлось ее разочаровать: в мои планы такое не входило. Ну, по крайней мере, пока.

Я уже, признаться, был готов радушно встретить какую-нибудь новую гостью – тем более, что еще парочка красоток действительно крутилась неподалеку – но тут всю фишку поломал Крикалев, словно чертик из табакерки выскочивший у меня из-за спины:

– Ваше сиятельство!

– Вы уже прошли испытание, сударь? – удивленно спросил я, на автомате ища глазами где-нибудь позади очкарика Надю – если уж этот освободился, Морозова тем более могла!

– Нет, что вы, молодой князь! – тяжело дыша – словно бежал сюда не от главного здания по соседству, а с другого конца Москвы – выговорил мой манник.

– Там еще ждать и ждать! Но я…

– А Надежда Александровна тоже еще не сдала?

– Не знаю… Нет, наверное… Говорю же: там очередь, часа на два… Алексеев первой Воронцову вызвал – так она еще перед ним сидит… Сидела… О ней, о Воронцовой и речь! – резко понизив голос просипел Крикалев.