Поступь Слейпнира

А уж как она дралась с ним, когда он тащил её за косы в свой драккар ! На миг ему показалось, что проще было медведицу укротить, чем эту девку. Но, оказавшись на палубе корабля, Грета, разом притихла, и только внимательно следила за каждым его шагом, готовая бежать, или снова драться. Он так и не забыл, как полыхнул радостью и удивлением её взгляд, когда драккар вошёл в знакомый её фьорд.

И ни за что не забудет Свейн, как оскорбил его рыжий Олаф, пообещав прогнать вокруг столба, если его драккар ещё раз появится в водах его фьорда.

И это изгнание должно было продлиться до тех пор, пока Свейн не заплатит Олафу виру за нанесённую обиду. Услышав о размерах виры, охнули даже видавшие виды воины. Чтобы добыть такие деньги, Свейну предстояло ограбить всех росских конунгов, и казну византийского императора заодно.

Три сундука золотых монет, в которых мог поместиться сам Свейн. Ларец в две горсти, рубинов, и такой же, сапфиров. Олаф знал, что говорил. Добыть такие богатства, было просто невозможно.

И как не клялась, Грета, что Свейн и пальцем её не коснулся, как не твердили о том же посланные Свейном в качестве сватов, воины. Рыжий оставался непреклонен.

Именно тогда Юрген и сказал, что Олаф решил одной стрелой двух зайцев убить. И от Свейна избавиться, и остальные кланы своей воле подчинить. Ведь как не крути, а воинов у рыжего Олафа было больше, чем у любого другого конунга во всём Нордхейме. Понимая, что, оставшись, он подвергнет жизни своих людей опасности, Свейн увёл свой драккар к берегам бриттов.

Но там их уже ждали.

И вот теперь, они превратились в изгоев. Даже корабль починить им было негде. Скрипнув зубами от злости, Свейн огляделся и, махнув рукой, скомандовал:

-Правь к каменному троллю. А дальше видно будет.

Чуть усмехнувшись, Юрген кивнул и, вернувшись к своему веслу, принялся плавно выводить драккар в указанном направлении. Сидевшие на вёслах воины, сообразив, куда именно идёт корабль, быстро переглянулись, и осторожно переложив мечи и секиры поближе, под руку, дружно навалились на вёсла.

Об этих местах давно уже ходила дурная слава.

Сделав вид, что ничего не заметил, Свейн прошёл на нос драккара, и оперевшись рукой на резного дракона, принялся всматриваться в белеющую кромку прибоя. Лёгкий корабль, скользя по тёмной воде, прошёл между торчащими у берега скалами и, захрустев галькой, выскочил на берег.