Одной крови. Вселенная бессердечна

Вот и сейчас Нейтан запустил руку в карман сюртука и выудил оттуда красное блестящее яблоко. Покосившись на угощение, Араб с аппетитом заржал, взмахнув пепельно-серой гривой. Массивная лошадиная морда уткнулась в плечо хозяина, а затем зубы животного вгрызлись в спелый фрукт. Нейтан с одобрительной улыбкой похлопал коня по холке.

Он и не догадывался, что в этот момент за ним наблюдает из-за угла пара зеленых глаз.

– Твоя сестра ведь должна вернуться из “Обители смирения”? – Нейтан повернулся к другу, который как раз подготавливал свежую солому для подстилки Араба.

– Да, к ужину поспеет, со слов матушки, – Марк вытер капли пота, больно щипавшие глаза. – Или завтра утром. В пути были задержки, но, если верить ее последнему письму, всё уже разрешилось.

– Сколько вы не виделись? Шесть лет?

– Семь с половиной.

– И это были самые долгие года в разлуке, милый братец, – в конюшню уверенной походкой вошла девушка, в простом платье бледно-желтого цвета. Её русые волосы были собраны в тугую косу, а у лица в форме сердечка вились несколько непослушных прядей, выбившихся из прически.

Летнее солнце играло в ее волосах свою яркую мелодию, наполняя их теплым сиянием. Девушка держала в руках поднос с кувшином воды, двумя кубками и тарелку фруктов. – Матушка послала меня к вам, уверена, в столь жаркий день вы не прочь освежиться.

Ее слова были адресованы брату, но девушка не сводила изумрудных глаз с Нейтана. Алые губки тронула легкая застенчивая полуулыбка, и она поклонилась. От этого поднос чуть накренился, грозясь выпасть из ослабевших рук, но Нейт вовремя подскочил, забирая его и помогая девушке сохранить равновесие.

Та с благодарностью кивнула, слегка опустила золотистые ресницы, будто извиняясь за свою неловкость.

– Лира! – Марк выбежал из стойла, схватил сестру и заключил в крепкие объятия. Он был весь в соломе, в руках, даже в волосах, но ни его, ни девушку, это не заботило. – Я и не думал, что ты приедешь так скоро!

Он закружил ее, прижимая к себе и радуясь, что нестерпимо долгая разлука с близким человеком наконец закончилась.

Лире было всего одиннадцать, когда появилась возможность устроить ее в “Обитель смирения” дабы девочка выучилась всем премудростям домоуправления и стала гувернанткой. Это был значительный шаг вперед для семьи конюха и кухарки.

Но девочка так не считала. Кем бы она себя не видела в этой жизни, но только не гувернанткой. Однако, против воли семьи она не могла пойти, хоть и изрядно пыталась.