Цитадель

Слышишь?

Девочка замерла, а затем глаза ее поползли на лоб. Шепот в лесу становился все отчетливей и отчетливей, и вскоре уже можно было различить отдельные слова.

«Девочка... — шелестел лес. — Иди к нам... Хорошенькая девочка… Нежная… Вкусная…»

Аксель грубо толкнул ее на землю и накинул сверху плащ.

— Все! Ни звука там, — напомнил он. — И тогда, быть может, ты выживешь.

2

«Иди к нам, девочка! Мы чувствуем твой запах! Мы ждем тебя! Тебе будет хорошо с нами! Мы любим маленьких девочек!»

Никогда раньше Дина не испытывала настолько леденящего страха.

Даже когда разбойники рубили ее родителей. Даже когда пьяный старший брат ломился к ней в сарай. Даже когда тот сом-переросток ворвался к ним во двор.

Все это меркло по сравнению с тем, что творилось сейчас. Она не видела существ, что кружились вокруг. Она только слышала голоса. Но и этого было достаточно, чтобы ее начало трясти как в лихорадке.

«Где ты, сладкая девочка? Иди сюда!»

Голоса стенали где-то совсем рядом.

Справа, слева, над самым ухом Дины. Ей казалось, они видят ее, видят, как дрожит плащ, слышат ее дыхание. Она ждала, что кто-то из них вот-вот сорвет плащ и тогда она увидит...

Она старалась не думать о том, что или кто там может быть. Но когда ее задевали, когда плащ чуть колыхался, Дина обмирала, бросая все свои силы на то, чтобы не сорваться на пронзительный крик. Единственное, что давало опору и надежду, что поддерживало ее всю ночь, не давая упасть в бездну страха и безумия, были шаги Акселя.

Хруст ветвей под его сапогами, шелест плаща. Не было для нее во всем мире звуков желаннее, чем эти. Они как будто стали якорем, за который цеплялся ее разум посреди этого океана ужаса.

А потом все стихло. Некоторое время Дина лежала недвижимо, напряженно вслушиваясь в ночь. Лес загадочно молчал, то ли успокоившись, то ли подготавливая новые неприятности. Она дрожащими пальцами коснулась плаща, сделала небольшую щель и выглянула наружу.

Она лежала рядом с костром, спиной к ней, расставив ноги, стоял Проклятый, кончик меча упирался в землю.

«Все кончилось?» — хотела спросить Дина, но не успела. Тишину разорвал пронзительный волчий вой, в котором, впрочем, волчьего было не так уж и много. Дина вздрогнула всем телом, но прятаться под плащом не стала. Одного взгляда на широкую спину Акселя оказалось достаточно, чтобы к девочке вернулось самообладание.