Кровь Достойных: Младший князь

Не произнося и слова, тёмная фигура приблизилась к кровати и занесла над Верусом короткий меч, а в окне мелькнула вторая тень.

– Аима, протекто мэ эт’хостибас энча’трес!

Пронзительный выкрик, волнение крови и вспышка кольца заклинания на руке, отразившаяся испугом в расширившихся глазах убийцы. Ударный поток волной сжатого воздуха подхватил бедолагу, занёсшего меч, и со всего маха шарахнул о перекладину потолка. Верус же скатился с кровати, оказавшись по центру комнаты в окружении завалов мусора и врагов.

Встав в полный рост, он покрепче сжал рукоять кинжала левой рукой, тогда как на правой уже вертелся новый вектор заклинания.

Не обращая внимания на рухнувшего на пол неудачника с коротким мечом, парень приготовился к сражению со вторым, что как раз заскочил в комнату. Одеты оба были в глухие двуполые балахоны, накинутые поверх кожаных доспехов. У того что спереди на груди поблёскивал железный панцирь, а в руках качался кистень. Заметив необычное оружие, Верус прикинул пользу от него в замкнутом пространстве комнаты и ухмыльнулся.

Убийца с кистенем бросился в бой. В два шага оказавшись рядом с бывшим охотником, вскинул руку и нанёс удар сверху вниз. Зубчатая головка кистеня рассекла воздух, пролетев в считаных сантиметрах от потолка, и ухнула на Веруса. Не имея возможности отступить, тот мысленно укрепил тело Нигмой и заблокировал удар вскользь задев зубчатую головку клинком. Под короткую россыпь искр сместился ближе к кровати и пнул наглеца.

Убийца принял удар на блок, но сила пинка Пробудившегося всё равно отбросила его назад, прокатив по неровному полу избы.

Тут очухался первый противник, начав шептать что-то из-за кровати. Не дожидаясь заклинания, Верус развернулся и пнул уже хлипкую мебель, отправив её и чтеца в стену напротив. Налетев на которую, неудачник выпустил из руки короткий меч и повалился на пол, усевшись среди обломков кровати.

– …чий сын! – донеслось до парня слева, а сразу после он заметил второй выпад кистеня. На этот раз убийца атаковал по горизонтали, широким взмахом руки.

Пришлось пригибаться. Пропустив острые шипы над макушкой, Верус выкинул вперёд руку с готовым сорваться в бой заклинанием:

– То афино фост’а песси!

Мир утонул в ярчайшей вспышке света. Со стороны убийцы послышался вскрик боли, и предусмотрительно зажмурившийся Верус тут же направил в его сторону клинок. Кинжал встретился с панцирем, высек из него порцию искр и съехал к плечу, вонзившись в жёсткую промасленную кожу.