Священный клинок бессмертных

Глаза залиты кровью. Пальцы сжимаются в кулаки. Неожиданно мальчика осенило.

– Кофа, – заорал он что есть мочи. – Кофа, искра! Гаси свет! Гаси свет!

И в тот момент, когда чьи-то руки прикоснулись к шее мальчика, искра погасла. Рука тут же отдернулась. Послышались звуки падающих тел.

Снова тьма. Сиплый, протяжный, неприятный вопль к которому примешался булькающий хрип. Вопль постепенно перешёл во вздох облегчения. Хрип сменился стоном, полным боли.

Несколько бесконечно долгих мгновений, пока учитель сплевывал чужую кровь и, наконец, он произнес ослабевшим голосом:

– Чуть не помер! Ох… Ну надо же! Тьфу! Вот же гадость! А говорят, кровь вкусная! Тимьян, где ты, родной? Иди сюда! Помоги старику.

Прям сердце заходится! Тимьян! А вон он ты… Дай облокотиться. Помоги старику… Спас ты меня, ученик, спас… Не забуду! Молодец! Чуть не помер! Надо же! Ох… старый стал.

Парень продолжал причитать в темноте.

– Тма всеядная, – повторил Свев. – Но не убоюся тмы, бо свет в душе есмь! Аминь!

– На этот раз к месту, – согласился Туут.

– Вот это точно, мой здоровенный друг, вот это точно.

Держась друг за друга, поковыляли дальше. Тимьян не хотел думать что их ждет. Что бы ни было, они должны выжить. Мальчик даже закрыл глаза. «Но не убоюсь тьмы, – шептал он. – Света нам всем. Света, света, света…»

Через полсотни шагов они вдруг услышали:

– Стоять! Брежнур, посвети! Только в сторонке стань, как учили! А то не дай божи…

Зажегшийся в десятке шагов от них факел вычертил силуэты группы людей. Туут с Тимьяном, Кофа и Свев застыли на месте, вглядываясь в них.

– Карп, Мишан, Бунда, Корявый – накидывайте! – командный голос говорившего не оставил сомнений – они имели дело не с какими-то там узниками, гниющими в склепах катакомб. На этот раз они столкнулись с кем-то посерьезней. – Их вроде как четверо! Как раз. И чего только проснулись?

– Да что за нах… – только и успел произнести Туут.

Резкий свистящий звук, почти щелчок – и на их шеях сомкнулись петли. Рывок – и они повалились на колени. Тимьян больно оцарапал при этом коленку.

– Опять? – зашипел Туут. – Бедная моя шея, кха…

– Они разговаривают, капитан! – послышался голос, принадлежавший, не иначе, молодому.

– Слышу, Брежнур, слышу! – проворчал капитан. – Не глухой. Мужики! Не тяните! Ослабьте чуть, а то задохнутся. А я поговорю с ними. Чудеса какие-то! Спящие почему-то говорят! Надо с Алешко погутарить об этом…

Послышался звук вытаскиваемых из ножен мечей. Незнакомцы подошли.

Вооруженные люди в кожаных доспехах.