Небо нас ненавидит

Он уже почти сел в кресло, когда прибежал второй стражник, из Урба.

- Они на месте,- выдохнул он. Потом оглянулся, заметил, что людей не хватает и сразу понял, что произошло.

Арад-Нинкилим зачерпнул опять и без единого слова протянул ковш стражнику. Тот жадно выпил, вытер бороду и поблагодарил.

Арад-Нинкилим положил ковшик на бочку и снова вышел из-за своего стола.

- Опасность велика,- сообщил он,- Я должен присоединиться к ритуалу. Ожидайте ваших товарищей, и никого не пропускайте. Впрочем, вы никого и не пропустите - ворота могу открыть только я.

Или тот, кого пришлют мне на смену, если ритуал окончится неудачей.

Привратник поднял руку и продемонстрировал печать - медный диск размером примерно в ладонь с вытесненным заклинание на языке богов, выбитом древним алфавитом.

- Печать я забираю с собой. Даже если они прорвутся сюда, вопрота открыть не смогут.

Арад-Нинкилим жалел сердца профанов. Он не стал рассказывать про чёрные бомбы.

Возражений не было.

Привратник снова вышел во дворик, ещё раз убедился, что царапины на месте.

Разумеется, их следует уничтожить. Даже если изловить адептов, этой разметкой всё равно кто-то может воспользоваться.

Поэтому царапины надо стереть. Но не сейчас. Пусть будут, пусть свидетельствуют.

Арад-Нинкилим спустился на улицу, но зашагал на наверх, куда собирался идти, и вниз, в район Зунд. Где бежит коричневая вода каналов, и прямо под глинобитными стенами домов растут тростники.

Там же были храмы зерна, надстроенные прямо перед полукруглыми крышами зернохранилищ.

Не только жрецы сторожили золото зёрен. Полосатые, пустынного окраса кошки и прирученные мангусты крались по стенам и попадались под ноги.

Арад-Нинкилим зашёл в малый храм, стоявший чуть поодаль. Простёрся на полу, а потом поднялся, упаковал печать от городских ворот в мешочек и опустил его в одну из ячеек, после чего накрыл каменной крышкой.

Снять эту крышку сможет или он сам, или жрец зерна высшего посвящения. Так что чтобы с ним сегодня не случилось - злодеи не смогут овладеть печатью и останутся заперты в городе.

Если не догадаются подорвать главные ворота - но и тогда их шансы будут невелики.

Теперь можно и наверх, в Шац. Раскалённые полуденным солнцем улицы были совершенно пустыми.

А вот и постоялый двор. Арад-Нинкилим без стука вошёл через главные ворота и оказался в тесном мощёном дворике. Солнце нагрело камни так сильно. что здесь было ещё жарче, чем на улице. Жар от камней дышал на лицо.