Наш сосед - викинг

В центре круга — гранитный валун, бордовый, как огромный засохший сгусток крови. На валуне есть потемневшая от времени металлическая табличка. Там написано, по какому поводу он здесь установлен. Стеблин-Каменский ни разу не читал эту табличку и не знал никого, кто бы хоть раз её прочитал.

Ветеринар внимательно посмотрел по сторонам. Но Асю нигде не увидел.

Возможно, она просто была в другом месте. Она же не обязана сюда приходить.

А возможно, её похитили. После того, что произошло у дядя Мухи, Стеблин-Каменский уже ничему не удивлялся.

Но всё равно — жаль. Ася видела и слышала весь разговор с собирателем датских редкостей. Вдруг она могла рассказать что-то из того, что упустил легкомысленный Сид.

Ветеринар подумал, что тут можно сделать. И решил сделать самое привычное, — сходить за пивом. Благо, ларёк был совсем рядом.

В те времена ещё считалось модным пить пиво на улице.

Они сели на одну изо свободных скамеек. Стеблин-Каменский снял крышечку, приложился и сразу почувствовал себя лучше.

Ари взял свою, но не стал открывать. У него просто не хватало места в голове, чтобы думать ещё и о пиве.

Юный северянин напряжённо размышлял над оружием, которые увидел в дальней комнате у дяди Мухи.

Чертополох чувствовал, что сглупил. Он был совсем рядом и так и не выяснил, как ими сражаться. А ведь мастерство здешних оружейников впечатляло. Даже этот горе-грабитель угрожал таким оружием, какого Ари никогда ещё в жизни не видел.

В следующий раз надо не сглупить и сразу с порога попросить дать пару уроков.

— А всё-таки, скажи,— вдруг нарушил ход его мыслей ветеринар,— Зачем ты на него бросился?

— Ты что, думаешь я что-то скрываю?— возмутился Ари.— Я всё вас сказал, как было. Он пришёл, чтобы ограбить. Я не дал ему это сделать. Он больше не придёт. Хотя вот ухо я бы дорезал до конца. Так они лучше понимают.

— Но ты аде простой человек! Ты не можешь просто так брать и убивать других людей, это-то ты хоть понимаешь? Даже если эти люди — твои враги.

— А этот, с полосатой головой, который пришёл к дяде Мухе — ему тоже нельзя кого попало убивать.

— Да, ему тоже нельзя!

— Тогда почему он был настолько готов это делать?

Стеблин-Каменский замолчал и сделал ещё один глоток. Но даже с помощью пива мысль не пришла.

— Я согласен,— только и сказал он,— Но это слишком сложный вопрос.