Демон в университете магии

Та от удара распахнулась, после чего Иван на четвереньках выбежал в коридор, шустро вскочил на ноги и бросился в сторону комнаты своих родителей. Но, прежде чем он достиг её, в мою нору влетела перепуганная Машка в длинной ночнушке с рюшечками.

— Господи! — опешила она, увидев огонь, втягивающийся в мою кожу.

— Обозналась. Всего лишь твой брат. Или ты так странно радуешься? — весело усмехнулся я, чувствуя себя на седьмом небе от счастья. Меня даже не смущал насыщенный запах жжёных волос и спалённые брови.

— Я… я рада.

Но ты же огневик, а должен быть водяным. У нашей матери была земля, а у отца вода. И его источник был много сильнее матушкиного, следовательно, все их дети должны были получить магию воды. Выходит, у нас разные отцы?

— Чепуха. Ты вообще можешь представить, чтобы наша мать изменила отцу? У них же любовь была, как из книги. Отец до последнего сидел возле её больничной койки, когда её пожирала болезнь.

— Тогда твой источник… не совсем твой, а… — она понизила голос, — ангела мщения. Хотя огонь, вроде бы, более присущ демонам.

Да и сила этого источника… Вспомни, у меня во время прорыва на ладонях всего лишь появились капли воды. А у тебя руки горели. У Миронова, говорят, что-то подобное было. А он гипотетически весьма сильный маг. Нет, это точно не твой источник. Не могла в тебе дремать такая сила.

— Это мой источник! И ничей более! — разозлено рявкнул я, играя желваками.

— Твой, твой, — поспешно согласилась сестра, примирительно выставив перед собой руки. — Никто его у тебя не отбирает.

Успокойся.

— Ладно, извини, что-то я вспылил. Просто мне не хочется даже думать, что я могу потерять источник по чьей-либо воле. И это… тебе лучше вернуться в свою спальню. А то сейчас Ивашка притащит сюда своих родителей. Кажется, я его чуть не поджёг. Чувствуешь, свиным шашлыком пахнет? — чуть виновато выдал я.

Сестра вымученно улыбнулась, поколебалась пару секунд и прошептала:

— Нет, я остаюсь. Надо же еще как-то объяснить, как мы так быстро прибрались в кухне.

— Да вряд ли кто-то сейчас вспомнит кухню.

Иди-иди. Они не будут меня ругать. А наоборот — похвалят. Ведь теперь они смогут продать меня подороже. Я стал для них очень ценным активом. Женят меня на какой-нибудь богатой простолюдинки, а я ведь ещё и не пожил толком. Эх. Иди, иди. Не переживай за меня.

— Ладно, — нехотя сказала Мария и вышла из комнаты.

А я закрыл дверь, выключил свет и улёгся на кровать в ожидании дяди и тётушки. Но они что-то не торопились почтить меня своим визитом.