Белое пламя сердца

Я же говорю: горы стоят…

— И тебя это устраивает?

— Ребята, да что между вами происходит вообще? — не выдержал бородач и легонько, предельно вежливо стукнул по столу. — Вит, если что-то случилось, ты скажи, все-таки не чужой человек, друг семьи практически…

На слове «семья» человек без пламени в глазах вздрогнул. Перевел взгляд на Андрея, потом обратно на Инну. Положил обе ладони на салфетку перед собой; аккуратно, словно дорогой инструмент или опасное оружие.

— На прошлой неделе мы встречались с отцом. Он поработал над собой; он не пьет.

Не то что дружбан его, дядя Сережа — тот-то с концами… А отец пашет на складе, вне смен принимает массажистом на дому. Нет, никакого дара, просто умелые руки. Сожалеет, что тогда ушел. Но это свое сожаление… принимает, как должное. Как свершившееся.

Мама до сих пор уверена, что во всех моих проблемах со здоровьем виноват он. Мол, вот если бы не пил, если бы не бросил нас… Я не могу подобрать слова, чтобы объяснить ей, насколько она ошибается. Вряд ли когда-нибудь подберу: все-таки она действительно «физик», не «лирик» ни разу.

И вот ты, Андрей, спрашиваешь: что случилось? А я отвечаю: да, случилось. Я в жопе. В теплой, уютной, комфортной жопе. Это состояние меня совершенно устраивает, я в кои-то веки обрел покой, внутреннее умиротворение, справился с кучей конфликтов, которые бушевали между моими множественными субличностями… Мне хорошо. Я даже деньги получаю по сути за то, что мне хорошо. Но я в жопе. И это смешно.

Вит допил чай, кинул на стол купюру, встал и направился в сторону двери.

Андрей открыл было рот, чтобы что-то сказать — попросить, уточнить, остановить, в конце концов. Закрыл и обернулся на Инну.

А Инна сидела, невидяще уставившись куда-то под стол и вцепившись обеими руками в скамью. На знакомый скрип и звон она вся, конечно, вскинулась, закрутила головой, зашарила взглядом…

Но это у входа в бар позвал дверной колокольчик. И нарочно не смазываемые хозяином петли подпели ему дуэтом. Никакой мистики. Никаких чудес.

***

Роды тянулись тяжко.

Андрей выпал в коридор, врезался в стену, отполз по ней к входу в отделение и наконец выудил телефон из заднего кармана упрятанных под халат джинсов. Нажав на экран несколько раз, шепотом выругался и аккуратно утопил клавишу питания. Попрыгав на носках несколько секунд, он нетерпеливо ткнул в экран снова, радостно выдохнул и принялся что-то набирать, по скорости приближаясь к промышленному вышивальному автомату.

Через десяток минут за дверью раздался шум.