Воздушные шары Сальви-Крус

После третьего курса, по окончании сессии вся их институтская кампания каталась на пароходе. Странно, но он (она имела в виду покойного) никогда не был в их кампании.

Она снова вгляделась в далекое, неживое лицо.

И с трудом, постепенно что-то узнаваемое проступило в памяти.

В тот день он стоял на палубе, поодаль, и не сводил с нее глаз. Тогда многие смотрели на нее пристально, и совсем не из любопытства. Почему, собственно, тогда? Не только… Ах, да… Ну, зачем ей был еще один воздыхатель? Лето, молодость, счастье, свобода, и предчувствие любви.

А этот был чужим, и она его совсем не хотела. Тем более что он был, и тогда был некрасив, и значительно, как ей казалось ниже ее ростом. Ну, почему он смотрел все время? Зачем?

– Ах, как печально, должно быть, смотреть все время вниз, под ноги. Там все такое серое, плоское, сырое… – сказала она тогда.

Зачем она это сказала?

Как и рассчитывала, он услышал, ведь он ловил каждый ее жест, каждое слово.

Помнится, он побледнел тогда, отвернулся. Но перед тем сказал что-то, кажется, про звезды. Чудной.

И, да, у кого-то там был фотоаппарат.

Она снова посмотрела на опознанного, наконец, незнакомца – мертвый призрак из далекого детства.

Его лицо теперь было лицом смерти, а что можно сказать о ней? Она безобразна, или, наоборот, прекрасна? Кто возьмется судить? Кто возьмет на себя такую смелость?

То же и о росте. Вот, он лежит, и явно уже никогда не встанет на ноги, и что, он низок или высок? Как можно оценить?

Да и дело ведь совсем не в этом.

Скомкав фото, она вышла прочь из квартиры, не взглянув на бывшего ее хозяина, не слыша возгласов подруги и никак не отвечая на них, разумеется.

Дома прилегла на диван, укутала ноги пледом и, откинувшись на подушку, затихла. Думала, вспоминала.

«Значит, это он и есть, ее ангел-хранитель? Значит, он любил меня всю жизнь, свою жизнь положил за мою.

Он сделал ее такой. Он… благодаря ему я была счастлива столько лет…»

Она задумалась, глубоко, как в последний раз. И словно сделала затяжку, от которой закружилась голова. И голова действительно пошла кругом.

«Была счастлива?»

Она быстро раскинула пасьянс своей жизни, внимательно перебрала по эпизодам, по воспоминаниям карту за картой.

Рассматривала, оценивала.

Всех мастей было поровну в ее колоде, как и должно быть.