Отражение сна

В последней надежде на непонятно что отдёрнула штору — и отшатнулась: с улицы глядело бледное лицо. Его губы зашевелились — оно пыталось что-то ей сказать, но сквозь стекло до Марины не долетало ни звука. Бледный некто глянул ей за плечо, вздрогнул и стал подпрыгивать, пытаясь дотянуться до... форточки? Форточки!

Не важно, почему ей самой не пришло это в голову. Не важно, кем или чем был бледный некто. Важно, что сейчас появился хотя бы шанс на спасение, и Марина не собиралась его упускать.

Она не то что вскочила — она взлетела на подоконник.

Правой рукой по-прежнему бережно прижимала себе морскую свинку. Левой распахнула форточку.

Тварь, прежде угрожающе медлительная, вальяжно игравшая со своей жертвой, напряглась. Хлестнул по стене хвост. Раздалось хриплое шипение. Когтистая лапа, становившаяся всё длиннее и длиннее, потянулась к Марине — Марина этого не видела, но буквально спиной чувствовала. Колыхнулся позади воздух, щёлкнул очередной удлинивший лапу сустав — а что было дальше, Марина не запомнила.

Словно монтажёр вырезал десяток-другой кадров из ленты событий и сделал склейку. Вот Марина ещё на подоконнике — а вот она уже вываливается из форточки и падает вниз. И её хватает бледный некто.

Падение получилось недолгим — строительная люлька висела прямо под окном. Люльку эту Марина хорошо помнила: из-за капремонта рабочие который день катались в ней вверх-вниз, отмывая стены, с грохотом отдирая старые металлические листы и с не меньшим шумом прикручивая новые. Дополняло шум назойливое радио, которое ремонтники слушали на полную громкость.

Впрочем, была от радио и польза: как СМС-ки от МЧС предвещают погодные неприятности, так нараставшие звуки попсы предвещали очередной проезд рабочих мимо окон. Это давало запас времени, чтобы задёрнуть шторы или сбежать на кухню.

Ремонтный шум обычно начинался часов в девять утра и оканчивался где-то в районе обеда. Что мешало начинать его где-то в районе обеда и оканчивать через те же несколько часов ранним вечером — неизвестно. Вся бодяга с капремонтом изрядно действовала на нервы, мешала сосредоточиться, омрачала самые напряжённые часы работы.

Но сейчас Марина была готова расцеловать каждого ремонтника в оранжевую каску и испечь им пирожков к перекуру.

Впрочем, поймавший её некто был без каски. Да и вообще ничем на ремонтника не походил. К тому же по ночам люльку всегда опускали вниз, а сейчас она оказалась на немалой высоте...

Некто дёрнул Марину на себя, оттащил в самый дальний угол люльки.