Тайна шести подков

Клоун вскочил на ноги, задев животом стол, отчего все, что на нем стояло, подпрыгнуло и задребезжало.

– Предатель! Перебежчик! Ты якшаешься с врагом!

Карлик бросил на него хмурый взгляд.

– Что за чушь? Никакой войны давно нет. Она закончилась… – он запнулся, – со смертью мадам Д.Оже. Мы сами ее закончили.

– Пусть так! Но это ведь Помпео! Я не для того убивал мадам, чтобы прислуживать Горацию Помпео! Я не стану плясать под дудку этого ублюдка!

– Прошло двадцать лет, Бетти. Все распри в прошлом.

– Для меня нет!

Остальные с ним соглашаться не торопились.

– А вы что думаете? – спросил карлик.

– Они думают, как я!

– А ты за всех не циркуй, Бетти, – сказал Бабул. – Может, ты и верховодил труппой в былые времена, но никакой труппы больше нет.

Клоун обвел злобным взглядом сборище – прочие кивали в знак согласия со словами силача.

– И все же, – встрял фокусник, – меня вот лично интересует: зачем бы нам примыкать к Помпео? У всех давно своя жизнь, и неплохая, к слову.

– Говори за себя! – сказал гимнаст.

– Я вот дни провожу в дымоходах – и уже давно мечтать забыл, чтобы выбраться оттуда.

– Я к тому, – уточнил Фокарио, – что он нам может посулить такого, чтобы мы взяли и согласились?

– О, вам это понравится, – сказал карлик. – Каждому будет причитаться доля от продажи билетов, господин Попмео не возьмет себе ни пенни – все поделит между собой труппа. Не этого ли ты хотел для нас, Бетти, когда устраивал заговор?

Бывшие циркачи оживились и принялись переглядываться: такого никто из них явно не ожидал.

– Подозрительно щедро с его стороны, – заметил Бетти, состроив гримасу отвращения, – какой ему резон отдавать нам все денежки?

– У него есть свои цели, – ответил карлик. – Господин Помпео хочет возродить цирковое искусство в Габене. Он хочет воплощения своих идей. Я видел проекты номеров, и, скажу вам, это нечто! Мы о таком и помыслить не могли.

– Мне все это не нравится, – сказал Бетти Грю.

– А мне вот нравится, – возразила Вивиан. – Я устала прозябать и побираться на самом дне.

Труффо прав. Раньше мое имя было на афишах. А теперь я взбираюсь на канат, только чтобы изредка фраппировать соседей и местных голубей.

Мимесса горячо закивала.

– Это все дурно пахнет, – упорствовал Бетти. – И вообще, мы – не шапитьеры!

– И это подводит нас к самому главному: «Великий цирк Помпео» – больше не будет странствующим шапито.

– Это еще что значит? – спросил жонглер.

Но Бетти Грю и так все понял: он яростно зарычал и вонзил ногти в столешницу.