Международный инцидент

***

      Приход весны в Nске обычно сопровождался переходом окружающей местности от состояния «грязь замерзла» к состоянию «грязь потекла». Но сейчас, в самом начале марта, тонкий снежный покров еще стыдливо эту самую грязь прикрывал, а вместе с ней — разнообразные остатки человеческой деятельности, придавая городу вид культурный и практически нарядный. Возле переходов яркими пятнами толкались торговки, настойчиво впихивающие всем встречным хилые букетики мимозы, навязчивая реклама пестрела красной цифрой восемь и неизменными тюльпанами, предвещая суровый женский праздник и неизменную головную боль всего мужского населения.

      Станислав ловко уклонился от практически втиснутой ему в руки мимозы, вылетел на проезжую часть под истеричное мигание зеленого человечка и, перепрыгнув подозрительно желтоватый сугроб, ввинтился в закрывающиеся двери районного отделения Бюро экзорцистов, под глухой бой городских часов приложил удостоверение к сканеру. Успел.

Прибор пиликнул, отмечая время прибытия — ровно девять утра, и засветился зеленой лампочкой, открывая турникет.

      Проигнорировав вечно заедающий и путешествующий в свое удовольствие лифт, Станислав поднялся по лестнице наверх. Двери этажей пестрели все той же вездесущей восьмеркой, и в этом экзорцисту чудилось особое изощренное издевательство. Родной отдел встретил его строгой тишиной и выставкой праздничных плакатов, которые коллеги из Китайского Бюро почему-то сочли особыми заклинаниями для изгнания злых духов и слезно умоляли поделиться.

Ценному обмену помешала Шурочка, оскорбленная такой оценкой своего творчества, плакаты продолжили висеть, а коллеги захаживать стеснялись. Видимо не стоило так бурно радоваться перспективе сбагрить образчики современного искусства.

      — Стась, где ты ходишь в трудный для родины час? — раздалось вместо приветствия, стоило Ленски прикрыть за собой дверь кабинета.

      — Виноват, каюсь, не повторится, — привычно отозвался Стас под недоверчивое хмыканье начальства и замер, оценивая престранную рабочую диспозицию: Шурочка сидела за своим столом в больших наушниках, быстро отбивала что-то на клавиатуре и старательно делала вид, что ее тут и вовсе нет, остальная часть коллектива в лице Петровича, Соколова и непонятно как затесавшегося в компанию эльфа, расположилась вокруг его собственного стола с крайне сосредоточенным видом.