Международный инцидент

Карандаш в его руке будто сам собой чертил поверх печатных страниц график усиления активности, рассчитывал возможные последствия. На самом деле он соврал: чтобы думать, у них было совсем мало времени. Экзорцист аккуратно отложил карандаш и свернул отчет, небрежно запихнул его в задний отдел рабочей папки. Временами он был благодарен закостенелой системе Бюро, до сих воспринимающей слова «электронный документооборот» как особо ругательные, и национальному разгильдяйству, позволявшему и сложные лабораторные тесты проводить исключительно по дружбе, и выносить их засекреченные результаты за пределы Бюро.

Последнее официально, конечно же, было запрещено, но с дурной привычкой сотрудников таскать работу на дом никто бороться не спешил. Так что это совершенно ничего не значило. А слишком пристальный взгляд Шурочки можно просто не замечать.

      Конечно же, Ленски не собирался тратить свои законные выходные на расчет каких-то там ритуалов. Ему и без того было чем заняться. Станислав навернул пару кругов по квартире, с задумчивым видом помедитировал на пустые полки холодильника, искоса глянул на сероватую завесу переходящего в дождь снега за окном и полез за справочниками.

Нужно же как-то бороться со скукой.

      Неторопливо тикали настенные часы: секундная стрелка ползла медленно, с задержкой, словно своим примером демонстрировала — торопиться некуда, впереди вечность. Росла стопка стянутых на пол справочников, длинные столбцы расчетов покрывали неряшливую стопку листов, а на чистом листе ватмана, закрепленном прямо поверх журнального столика, выстраивался рисунок основы будущего ритуала.

Изначально пятиконечная звезда меняла форму, то разрасталась, то ужималась, вытягивая поочередно лучи в направлении схематично набросанных созвездий, вертелся установленный в уголке стола маленький компас.

      Серое утро постепенно набирало силу и краски. Случайный солнечный луч боязливо скользнул в щель между шторами, высвечивая скомканную бумагу, чертежи с характерными пятнами пролитого кофе, пустые чашки, в одной из которых вместо ложки торчал циркуль.

      Склонившись над столом, Станислав переписывал начисто законченный расчет, в верхнем углу которого автоматически дорисовал двойной гриф «секретно». Ровным рядам цифр и аккуратно вычерченным схемам не хватало только одного — практического подтверждения. Которое свежерассчитаному ритуалу не грозило ни при каких обстоятельствах.