Ускользающий город. Инсталляция

Хотя…

- Говорите!

Гриша прикинул под испытующим взглядом незнакомца, целесообразно ли к нему обращаться. Хотя, к кому ещё? Чего он теряет?

- Я тоже ищу… кое-кого, и здесь работает человек, который знает о нём. Но я его потерял в тумане.

Незнакомец слушал, словно настроившись на обстоятельную историю, потому ответил, лишь когда пауза переросла в молчание:

- Они приходят, только когда заканчивается смесь.

- А когда она заканчивается?

- Смотрю, - вытянул он шею, заглядывая куда-то вглубь бутылки, - вы даже не начинали.

Прочитав в его глазах непонимание, незнакомец скользнул пальцами по шнуру, поднял удило с пола, протёр его об рукав и вручил Грише.

- Вдыхайте.

Гриша поднёс пластмасску к носу, заметил, что человек показывает себе на губы, и, сгорая от собственной глупости, закусил удило. Тёплый пар обдал изнутри, сгустился где-то глубоко и хлынул: изо рта, ноздрей, даже глаз. Добрых пять минут его крючило в страшном кашле. Едва организм исторг всё инородное, Гриша разжался, обмяк и не вывалился из кресла только благодаря чужим, странно заботливым рукам.

– Ничего себе, аллергия! Наверное…

- Возьмите, - протянул ему Гриша удило. – Не могу…

- О, нет, - отстранился незнакомец, - здешние смеси – штуки индивидуальные. Тем удивительней, что эта вызвала такую бурную реакцию.

- Как её тогда закончить?

- Не знаю… Ой, на вас смотреть страшно. Выйдем подышать?

Самый обычный мужчина понял вдруг, насколько ему не хватает самого обычного, пресного воздуха.

- Вы… знаете, как отсюда выбраться?

- Как выбраться отсюда знает каждый.

Незнакомец помог ему подняться и подставил было плечо, но Гриша сделал несколько шагов, почувствовал, что ноги уверенно держат вес, и, приободрившись, последовал за ним в туман. Человек шёл уверенно, постоянно оборачиваясь на случайного попутчика и, вроде, даже не смотрел, куда идёт. Путь выдался безмерно долгим. Сквозь дымчатую зыбь проступали блики, отсветы, сдавленные голоса, бряцанье стеклом, какое-то бульканье. В том, что походило на тени, проглядывалось нечто ободранное и корявое.

Близость выхода ознаменовали приятные нотки ночного сквознячка. У самой двери Гриша заприметил призрака, но даже беглого взгляда хватило, чтобы опознать в нём женскую фигуру, которая как-то невпопад прошагала мимо и растворилась в здешнем мареве. От Гриши не ускользнул внушительный фингал на половину её миниатюрного лица.

Две лестницы спустя и ещё одну дверь начиналась леденистая прохлада ночного города. Снег валил уже стеной.