Ускользающий город. Инсталляция

То, что под заветными кустами творится нечто непотребное, он понял сначала по торчащим оттуда ногам в казённых сапогах, которые он сначала принял за якорь, а затем по хриплым, почти бронхитным стонам о помощи.

- Парни, подсобите! – бросил он через плечо.

Те не мешкая взяли несчастного за руки-ноги, вытащили на припорошенный газон, и Гаврил, разглядев его, замёрз до самой души. Прухин!

- Нашёл… бомжара… - прохрипел, кашляя в три горла, майор.

- Парни, вызовите скорую! У меня телефона нет!

- В нагрудном… сука…

Гаврил похлопал его по левому, правому карману, ага!.

. сунул телефон ближайшему охраннику и начал расстёгивать прухинскую куртку.

- Чё… творишь…

- Растереть тебя надо, майорище. Ты что такой лиловый?

- Н-нет…

- Заткнись, - добрался Гаврил до его желеобразного торса. - Мы с тобой почти друзья. Выследил вон меня, как надоедливая подружка.

- Не нужно мне ничего… скотина… от тебя…

Одно прикосновение к раскрасневшейся коже пробрало бомжа до суставов.

- Что с тобой?! - сунул он пальцы под мышки.

- Как жидкий азот…

- Сказал же… не трогай…

- Едут, - тронул его за плечо охранник и сунул телефон в руку.

- Едут к тебе, Пруха. Слышишь?

Прухин внезапно привстал и рванул Гаврила нос к носу. В глазах полицейского, ставших бесконечными, умирали звёзды.

- Скажи им, скрепы – ключ. пусть оберегают скрепы пуще зеницы ока, не чинят скрепам никаких препятствий. скрепы – ключ!

Всё это прохрипело как глубокий, выдранный из лёгких кашель, но Гаврил с необычайной осмысленностью разобрал каждое слово, букву, интонацию…

- Скажи им, иди! – взревел Прухин и пал с облегчением наземь.

Бомж выбрался из его ослабевшей хватки, затем по наитию коснулся кончиком пальца к открытой груди. Тёплая… Скупыми движениями робота он застегнул на майоре рубашку, куртку, встал и пошёл к сумке. Щебень был на месте. Остальное, вроде, тоже.

- Я взял что надо, - пошарил он невидящими глазами по переулку. – Но кто-нибудь, останьтесь с человеком.

До самой Башни Гаврил приходил в себя как в поросший пылью и паутиной дом.

Поднявшись по чудно́й лестнице, он завернул в кабинет Фурии и бухнул ей на стол пакет с щебнем. Уже задним числом он обратил внимания, что она принимает кого-то другого, а из-за двери слышится громкое возмущение очереди. Фурия заглянула в пакет и озадаченно посмотрела на бомжа.

- Вроде всё верно. А теперь пошёл, Энки ждёт тебя за кулисами. Простите за это… - повернулась она к гостю, и Гаврил не смог отказать себе в удовольствии хлопнуть дверью.