Корпорация "Тануки"

— Вас это не касается, кто бы вы ни были.

— Хорошо, если позволите, переформулирую вопрос. Что делает счастливой вас?

— Я вполне счастлива, если занята делом и не размышляю, как мне стать еще посчастливее.

Грейс Папоротник немного помолчала.

— Если же вы, Септим, имеете в виду ваше собственное счастье, то я приложу все, на что способна, чтобы вы были счастливы со мной. Если это потребует усилий, вы их не заметите. Я терпелива, и у меня полно доброй воли.

Соланж по-прежнему как не было, так и нет. Ну да ее этим не смутишь.

— Есть основания полагать, — прибегнув к той же обезличенной форме, сказала взломщица, — что дом Папоротник видит вас как агента влияния в Доме Шиповник. Как вы намерены совмещать эту роль с ролью идеальной спутницы и подруги «ко всеобщему благу».

— Я подумаю над этой конфликтной ситуацией, когда она встанет передо мной. Без сомнения, такие проблемы приходится решать каждой нормальной женщине. Не думаю, что я слабее или глупее кого бы то ни было. Я справлюсь.

* * *

Когда Грейс Папоротник ушла, Септим перецепил гирю с ноги на ножку стола и встал у окна, сунув руки в карманы и задумчиво посвистывая.

Соланж кашлянула.

— А знаешь, ты мог бы быть с ней счастлив.

— Знаю. Моя матушка точно такая же.

— Ну, она от всего сердца и со всей дури готова прикладываться об тебя. То есть, прости, взять на себя всю ответственность в сфере отношений. Идеальная пара. Партнер. Я всего этого не взялась бы обещать даже Харви Наплечнику...

— Не таким я писал Харви Наплечника, чтобы он перекладывал ответственность на женские плечи.

— Ну, эта справится. Я-то, признаться, думала, что она никто, а она вон какая. Все может. Ну или за все возьмется, и без жалоб. И она очень красивая. Если ты намерен заниматься политикой, лучшей жены и желать нельзя.

— Это отец хочет, чтобы я занимался политикой.

— Никто, кроме тебя, не может решать: подчиниться ли тебе твоему отцу или взбунтоваться против него.

— Я порождение этого мира, Соланж. В чем-то — дитя его магии.

Ты моя батарейка точно в той же степени, что и для всего остального, за каковое остальное ты чувствуешь себя в ответе. И это тоже не форма речи. Я назвал бы тебя своей музой, но опасаюсь, что ты снимешь ботинок и стукнешь меня по голове.

— И стукну. Тоже мне музу нашел, ответственную за твои слабость и лень. Напиши роман про Грейс Папоротник, и пусть она этот воз тащит. Чем тебе не героиня? Заполняет все отведенное ей пространство, после вылезает на неотведенное.