Крысолов и Мора

Жители его мира знали о существовании Крысолова, каждый говорил о нем с почтением и нежностью, как об отце или учителе, иногда к нему приходили за помощью или просили рассудить споры. Не то чтобы в Янтарном городе кому-то часто требовалась помощь или возникали споры, конечно.

— Триединая богиня, — сказала угрюмая девочка. Крысолов вздрогнул.

— Что?..

— Здесь молятся Триединой богине. Ты ведь об этом сейчас думал, верно?

Она подняла на него глаза, улыбнулась, и это не была улыбка ребенка.

Ее глаза были точно как темные тучи, просвеченные солнцем, на которые Крысолов смотрел несколько минут назад.

Она не была Чужой, она… Прежде чем Крысолов успел спросить «Кто ты?», он понял сам, без подсказки.

Когда он зачарованно шагнул к ней, огромный Чужой в плаще из вороньих перьев за спиной девочки шевельнулся и недвусмысленно перехватил в руке меч.

Девочка успокаивающе погладила Чужого по руке:

— Нет причин тревожиться, Мирддин.

У нее был глубокий, странно низкий для ребенка голос.

В нем слышался какой-то звон – обещание магии – и смешинки, словно пузырьки.

— Он такой же, как ты, госпожа Моргана? — поинтересовался Чужой, не меняя угрожающей позы.

Крысолов не удержался от улыбки. Ну разве не очаровательно: такой серьезный, обстоятельный телохранитель! Неужели этот бедняга в самом деле считал, что способен оборонить от чего-либо свою госпожу более успешно, чем она сама может себя защитить?

(Вот именно поэтому Крысолов не приводил в Янтарный город Чужих-взрослых.

Дай им волю, и они вообразят себя твоей ровней и, чего доброго, начнут с тобой спорить).

Девочка терпеливо, без гнева объяснила своему непрошеному защитнику:

— Да, он такой же, как я, но пока он не в своем мире, его можно не бояться. — И, повернувшись к Крысолову, без всякого перехода взяла его за руку и сказала: — Идем на воздух. Тут топор вешать можно.

Миг — и без вспышки света или еще каких-либо эффектов они переместились за стены замка.

Теперь они стояли посреди вересковой пустоши, неподалеку от цепочки гранитных утесов.

Чужой в вороньем плаще тоже оказался тут вместе с ними: видимо, он всюду следовал за госпожой. Ветер гнал волны по желтоватой пожухлой траве. Здесь было совсем темно, остатки солнца закрыла громада Кардуэльского замка. Гранитные хребты чернели на фоне серо-стальных туч, словно силуэты каких-то гигантских зверей. К горьковатому аромату растений примешивался электрический запах приближающегося дождя.