Герои, Чудовища и другие

― Чего тебе надо-то, Кузьмич? Давай быстрее, я занят!

― Да, видел я, молодец, Ефремыч! Правильно занят!

― Не твое дело! ― блин, ужасно хочется съездить ему по роже, но нельзя, нельзя… Криков будет, скандалов… Этого-то урода выгонят отсюда за такие фокусы, конечно, но и мне придется объяснять, что я не верблюд.

― Да не моё, я ж не спорю, ты мне только дай… ― И опять бубнит невнятно.

― Да, дам я тебе, дам, ты скажи только сколько?

― Да сколько-сколько… Все! ― говорит Кузьмич глумливо и, дыша мне перегаром в лицо, шепчет какое-то слово.

Отшатываюсь от запаха, от омерзения, от какой-то гадливости, возникшей от самой этой ситуации. Хочу что-то сказать, но перехватывает дыхание.

А Кузьмич вдруг становится здоровенным и страшным. Силуэт расплывается, к запаху отчетливо примешивается сера…

Демон! Бабка же эта, ведьма, говорила мне про демонов! А я не поверил.

Отскакиваю в сторону и вижу, что я-то отскочил, а тело моё осталось. И Кузьмич не торопясь, напяливает его, как пальто…

“Эй!” ― хочу крикнуть я, ― “Не трожь! Это моё!”, ―  и слышу слова, возникающие сами собой.

“Ты же согласился отдать, значит уже не твоё...”

И внутренний голос шепчет мне ― “беги-беги-беги...”

Я начинаю отлетать в сторону и назад, и тут Кузьмич, точнее, демон, не оглядываясь, протягивает ко мне когтистую лапу, которая высовывается прямо из моей спины… Из спины моего тела…

Хватает, причиняя невыносимую боль, и тащит. Я пытаюсь кричать, вырываться, но ни звука.

― Ну вот видишь, дал на время тулово поносить, а сам куда-то делся, беда, правда? ― говорит демоническая пасть прямо передо мной, чавкает, клацает зубами и явно собирается меня сожрать…

Я пытаюсь вырваться, понимаю, что не выходит, и вместо этого бросаюсь вперед и бью по носу. Непонятно, чем, правда, у меня же ничего нет.

Тварь глумливо ухмыляется, блестя желтыми клыками

― Видишь, Ефремыч, как выходит-то, ща с тобой разберемся и к девке твоей зайдем. Чего ей тосковать-то, девке, одной, верно?

“Не тронь, тварь!” ― злюсь, киплю, но чувствую, как подкатывает безысходность ― сделать-то ничего не могу.

И тут кто-то бьет его прямо по этой лапе, и демон визжит

― Нечестно! Тебя не должно быть тут! ― и быстро убегает.