Следуй на Запад

Мертвый не исполнил чего-то, что должен был.

Шаманка стояла у его ног, и вновь едва ли не плакала от сожаления.

«Будто это я лежу в могиле».

Ксения осмотрелась. Когда человек умирает, его душа снимает покровы, которые превращаются в призраков. Иные выглядят совсем как умерший и помнят всю его жизнь, иные совсем слабы, ничего не помнят и быстро исчезают. У этой могилы не хватало призрака, остался только едва заметный флёр эмоций — горечь утраты.

«Старая одежда». Так Тигр назвал ее бывшее тело. Это она была Фэн Баем.

Слова белого тигра — бесценный дар. Они означали, что душа Ксении кочевала по телам из разных родов, ища что-то подходящее. Быть может, восточную кровь? Или согласие этого самого тигра?

Ксения подняла палец к губам, вспоминая имя божества в зверином обличье.

Повелитель Запада. Хозяин осени, увядания и металла. Белый Тигр и Белый Генерал. Байху.

Небо Тургая, белое с черными прорывами, вращалось над старым городом, как натянутая на сферу тигриная шкура. Ксения очутилась здесь внезапно и не могла вспомнить, пришла она сюда во сне или через медитацию.

Это было неважно. Важно, что она стояла на перекрестке черных дорог, и к ней со стороны Запада шло божество. Его облик менялся — вот мягко ступает белый тигр, а вот шагает высокий мужчина в черном халате с белым поясом. Не менялось лишь одно — окружавшая его аура. Свет, внутри которого скрывалась тьма, или мрак, чистота которого походила на свет.

Наконец бог приблизился к Ксении — тигром с человеческой речью.

— Если ты не пройдешь путь до конца, ты умрешь до конца этого года.

— Тургай не моя земля? — пораженно спросила Ксения.

— Иди вниз, — ответил Байху и ударил лапой по земле. Земля стала его гонгом. Почва загудела, и очертания домов Тургая рассыпались на глазах.

Ксения оказалась в пространстве, сначала показавшемся ей пустым. Но она последовала совету божества, всей душой устремилась вниз, и в пустоте начали проявляться темные линии.

Шаманка уже видела что-то подобное — в своей душе, когда странствовала по нитям крови, нитям рода. Ксения с опасением коснулась одной из линий, той, что казалась плотнее и мощнее.

Перед ней пронеслась удивительно четкая череда образов. Молодой человек спешил куда-то с портфелем, в котором звенели ампулы — лекарство, которым он мог спасти жизнь кого-то дорогого. Но, пока он бежал по улице сломя голову, его душа наполнялась чернотой. Душа предчувствовала конец.