Однажды в Москве

Её свет преломлялся в цветных стёклах витражей, бликами ложился на стены, немного разгоняя темноту и создавая нереальную, сказочную картину.

— Какая красота! - ахнула Алёна.

Широко раскрыв рот от удивления, она с восторгом рассматривала ступени из чёрного мрамора, фигурные перила и орнамент на стенах.

“Конечно, красота. Ты-то в своей деревне такого не видала”, - подумала Анна Сергеевна и усмехнулась с чувством внутреннего превосходства.

Наконец заперев капризные двери балкона, Генрих присоединился к дамам на площадке.

Поднявшись на второй этаж, они оказались в небольшом аванзале с несколькими дверями. Генрих постучал в самую маленькую дверь с ручками-кольцами. При купце Игумнове она вела в комнаты слуг.

Тук. Тук. Тук-тук-тук. Тук-тук.

— Кто там? - отозвались изнутри.

— Это я. Всё в порядке.

Дверь открылась, и навстречу вышел симпатичный худой юноша, одетый в белый халат и медицинскую шапочку.

— Всё готово, Генрих Викторович. Дамы, здравствуйте!

— Отлично.

Знакомьтесь, это Перов, мой ученик и ассистент. Он в курсе всего и абсолютно надёжен. Анна Сергеевна, не сочтите за мелочность, но можете расплатиться сейчас?

Виленская протянула шкатулку. В ней лежали золотые царские червонцы и несколько драгоценных колец. Чтобы оплатить омолаживающее переливание крови, женщине пришлось взять последние сбережения.

Генрих бегло пересчитал монеты, осмотрел кольца и остался доволен.

— Пора начинать. Анна Сергеевна, не волнуйтесь.

Всё будет хорошо.

— Легко говорить - не волнуйтесь! А меня голова кружится.

— Ну что ж вы так!.. Дышите глубже, спокойнее. Идём.

Генрих завёл всех в самую дальнюю комнату. Переступив её порог, Анна Сергеевна зажмурилась.

Здесь горел электрический свет, такой яркий, что глаза заслезились после тёмных коридоров. Проморгавшись, Анна Сергеевна увидела, что в комнате стоят две кушетки с ремнями вверху и внизу, которыми можно надёжно привязать пациента.

Чуть дальше, у окна, ютился стол, на котором были разложены медицинские инструменты.

Вдоль стен расположились стеллажи с пробирками, ватой, бинтами и книгами про лекарства.

Но особенно впечатлял стеллаж со стеклянными банками. В них, в желтоватой жидкости, плавали органы — почки, куски мозга, сетки кровеносных сосудов, похожие на красный коралл. Кое-где пучили слепые глаза жабы, змеи и мыши, а в самых больших банках плавали человеческие младенцы-уроды.