Время Крысолова

Он поймал себя на том, что стоит, как последний дурак, над кастрюлей и, открыв крышку, таращится стеклянным взглядом на торчащую из бульона куриную ногу. Верх идиотизма.

Что там сказала Ася? Кормить? Вот и будем кормить. Когда у человека рот занят едой, ему не до умных разговоров.

Хальк порылся в посудном шкафчике, отыскал чашку повместительнее и, наполнив ее до краев бульоном, двинулся в комнату.

— Доброго утра, милорд Сорэн.

Феличе поднял голову. То ли свет пасмурного утра так падал из окна, то ли Ася оказалась права, и ему в ближайшие дни следует быть крайне осторожным в движениях и словах, как истинному тяжелобольному, но только Хальку показалось – перед ним сидит совершенно другой человек.

И дело было даже не в седине, щедро припорошившей короткий ежик темных волос, и не в синяках под глазами… пожалуй, Ковальский не смог бы точно сказать, почему подумал именно так.

— Мне нужно с вами поговорить.

— Поговорим.

Потом. Тем более что торопиться вам теперь особо некуда.

— Почему?

— Ну, хотя бы потому, что прямо завтра вы не помрете, — сказал Хальк, ставя перед Феличе на табуретку поднос. – Ешьте вот. Ася велела вас кормить.

— Я, наверное, должен быть вам благодарен по гроб жизни…

— Не обязательно. Если вы думаете, что я сделал это ради вас, вы сильно ошибаетесь.

Не отвечая, Феличе достал из вазы у изголовья тахты стеклянный кораблик. В нем по-прежнему вспыхивала и гасла малиновая искра – несмотря на то, что на дворе был белый день, и свечи в комнате больше не горели.

— Я знаю… чего стоят такие подвиги. И я не спрашиваю, как вам это удалось. В конце концов, вы создатель этого мира, кому и уметь, как не вам…

— Ага, давайте, еще в алтарь меня заместо иконы!.. Феличе, что происходит, черт возьми?!

— А вы не догадываетесь?

— Я уже без малого год пытаюсь догадаться, только, знаете ли, плохо выходит.

А официальных уведомлений мне Твиртове не шлет. Я могу перечислить вам только внешние признаки надвигающейся катастрофы, а вы можете опровергнуть тот факт, что она действительно надвигается. Надо?!

Феличе покачал головой. Лицо его было серым, губы вздрагивали, как будто он мучительно искал слова для ответа – и не находил. Пальцы гладили стеклянные паруса кораблика. На пол осыпались капли воды, быстро впитывались в ковер.