Зелёная кровь. Собачий вальс

Но смены Ипостаси и нервное напряжение отняли очень много сил, и к тому же Локкер был голоден. Засветло он не успел – нынче уже довольно рано темнело. 

Когда над темным шоссе появились целые гирлянды фонарей, а вдали замаячило широко разлившееся море острого желтого огня, Локкер понял, что здесь нужно перекинуться в последний раз. Что делать в городе зверю? 

А что вообще делать в городе двоесущному? 

Локкер уже собирался перекинуться, но не успел – на него с откровенным восторгом уставились два лохматых молодых человека, ждущих на пустой автобусной остановке рядом с собственными рюкзаками: 

– Нет, ну ничего себе! Смотри, Берни, лось! 

– Крутой лосяра.

Они разом схватились за рюкзаки, но в движениях этих людей ничего угрожающего не было. Локкер подошел поближе и увидал, как названный Берни достал из кармашка на рюкзаке плоскую серебристую коробочку с круглым стеклянным глазом. Знакомая вещица – фотоаппарат.

Хочет изображение Локкера себе. На память. Лестно. 

Локкер улыбнулся про себя и остановился в живописной позе Победителя Трех Турниров, высоко вскинув голову, красиво развернув рога. Гостям из Лиги так очень нравилось. 

Щелкнуло. Вспыхнул и снова вспыхнул яркий свет. 

– Вот чудной зверь! Прямо тебе позирует, ручной, что ли? 

– Жаль, вечер, света мало.

Они не отнимут много времени, подумал Локкер и вошел в желтый холодный луч. Фотограф восхищенно ахнул и щелкнул еще несколько раз; его приятель, наконец, нашел в рюкзаке то, что искал – мятую бумажную пачку с печеньем, уже на две трети пустую. 

– Эй, лосяра! Красавец! Ты печенье ешь? – и сделал несколько шагов вперед. 

– Ты полегче все-таки, – сказал Берни, опуская фотоаппарат. – У них осенью гон, они того, бывает, бесятся ни с того, ни с сего.

Его тон, встревоженный, но не перепуганный, вытащил Локкерову Старшую Ипостась. Берни еще раз щелкнул и вспыхнул, делая изображение смены сущностей. Его товарищ присвистнул: 

– Ничего себе, а?! Перевертыш! Лось-перевертыш! Ах ты, зеленая кровь... 

– Ты печенья-то дай ему, – сказал Берни и улыбнулся. – А то показываешь и не даешь... я б на его месте обиделся. 

– Спасибо, – сказал Локкер смущенно. – Я голодный.