Соседи

..

  - Они предлагают поговорить, - сказал Дима, который конечно же понимал их язык, - сесть у огня, как принято.

  Костер разводили долго. Старший половец ворчал что-то, высекая кремнем искры, младшие вроде как виноватились. Азат так воспитывал младшее поколение, когда те теряли выданное снаряжение для уборки. Мартынов пока рассматривал их одежду, ножи за поясом, всякие подвески и мешочки на этих самых поясах. Наконец все расселись полукругом, и старший половец снова заговорил.

  - Они хотят жить в мире, - переводил Дима, - не хотят, чтобы им на голову сваливались всякие чужие дети.

Им и так сейчас снова от археологов прятаться. Говорят, что мальчишку отдадут в обмен на что-нибудь ценное.

  - У меня ничего такого нет, - растерялся Мартынов. - Телефон может? Деньги?

  - Они сами понимают, - сказал Дима, - Им с Даниилом тоже некомфортно рядом находиться. Но раз он к ним свалился, нужен обмен. Церемония, чтобы показать, что мы их уважаем, и чтобы он беспрепятственно прошёл к нам обратно

  - Церемония, - пробормотал Мартынов, - погоди.

  Мартынов вытащил утреннюю находку от дворника и протянул половцам.

  - Ваше? - спросил он.

  Старший половец протянул руку и взял мешочек. Развязал, изучил содержимое. Потом развернулся и дал подзатыльник одному из младших.

  - Нормально, - сказал Дима. - Думаю, этого им хватит.

  

  Назад они шли молча, пока Мартынов не заявил твердо, что ему надо покурить.

Он затягивался и смотрел на небо в звездном крошеве. Мысли были торжественные. Вот половцы здесь разъезжали под таким же небом, караваны шли. Гвоздиков пролетал над родным городом...

  - А говорили - привидений не бывает, - сказал Даня.

  - Они не привидения, - ответил Мартынов, - вон, в город к нам иногда ходят. Иногда даже без разрешения старших. У них здесь просто свой карман во времени образовался, а ты в него провалился. Как там было-то?

  - У них солнце было, - сказал Даня, - только как будто пыльно все время.

Я думал, что в раскопе что-то обязательно будет. Споткнулся - и уже у них. И клада там никакого нет, только черепки и кости лошадиные. А если краем глаза смотреть, то как будто живые лошади. Владимир Юрьевич, а нам ведь не поверят?

  - Вряд ли, - сказал Мартынов. - Хочешь, я с отцом твоим поговорю?

  - Не, - мотнул Даня головой, - всё равно уже. Всыпят и к бабушке отправят.