Сильнейший из магов

Знакомый скрипучий голос каркает за спиной, повторяя одно и то же слово. Каин оборачивается и видит епископа Фартона, а еще его крючковатый палец. Он тычет им в Каина и опять повторяет «Богохульство», а потом разворачивается и уходит вниз по лестнице.

Вернувшись в исходное положение, Каин видит только алтарь с наполовину сгоревшими свечами. Но ощущение присутствия Зелефа не проходит. Странно.

— Чертов фанатик, — бурчит тихий низкий голос. Бог все еще здесь. — Не дал нам поговорить.

— У меня еще есть вопросы, — выпаливает Каин.

Если Зелеф сейчас свалит, то ничего узнать не получится.

— Верю, друг мой, — отзывается Зелеф. Он не меняет интонации, и сейчас это кажется чем-то странным. И даже немного пугает. — Буду ждать тебя на пике Сады. Там и поговорим нормально. Заодно верну тебе тебя.

— Это как? Что значит — вернешь меня?

— А то и значит. Верну часть твоей души.

Снизу снова доносится скрипучее карканье, а затем еще один голос.

— До встречи, Каин, — говорит Зелеф, и ощущение присутствия исчезает.

Только язычки пламени дергаются на фитилях, рисуя на стене причудливые тени.

За спиной слышатся шаги.

— Говорю вам! Ребенок — подделка! — скрипит епископ. — Разве мог бы настоящий Каин так богохульно врываться в святилище Старшего бога Зелефа? Не мог!

— Ведомо ли нам, о чем мыслит друг богов? — отзывается еще один знакомый голос.

Каин поворачивается к лестнице и видит, как к нему поднимается жрец в голубом. В руках он несет увесистый кувшин с узорами молний на фоне темного грозового неба.

Когда их взгляды встречаются, жрец приветливо улыбается и кивает. Каин повторяет за ним и отходит на шаг в сторону, чтобы не мешать. Жрец проходит мимо, приближается к алтарю и ставит свою ношу на столешницу.

— Попрошу вас обоих выйти, — произносит он, не оборачиваясь, делает шаг назад и садится на колени в центре коврика. — Мне необходимо вознести молитву Старшему богу Зелефу.

— Конечно, — тихо отвечает ему Каин и направляется к лестнице.

Но натыкается на Фартона, который стоит на одной из ступенек и преграждает путь. Лысый старик смотрит с нескрываемой ненавистью. Если бы мог убивать взглядом, наверняка бы уже давно Каина замочил.

Обойти Фартона боком по стеночке не получается. Слишком широко он руки в стороны расставляет, когда кланяется жрецу в голубом, хотя тот его даже не видит. Потом Фартон гордо выпрямляется, разворачивается и начинает спускаться.