Сильнейший из магов

Деревянные срубы домишек постепенно приближаются, с каждым шагом становясь все четче, в бревенчатых стенах чернеют прорези окошек. Сколоченные из палок заборчики ограждают палисадники с небольшими огородиками. И чем ближе к городу, тем больше всякой живности попадается на пути. Кошки, собаки, курицы, мелкие дети, которые теперь не кажутся такими уж мелкими из-за роста нового тельца. Малышня особенно шумная. Бегают кругом, кричат, бесятся, бьют друг друга палками.

Одна из группок с палками вдруг оказывается совсем рядом.

Они наворачивают пару кругов, вереща и смеясь, чуть не задевают своим «оружием» балахонистых последователей Гадрела, а потом вразнобой начинают балаболить какой-то стишок. Раза с третьего у них получается сказать его хором, и тогда становятся понятны слова.

Каиниты три дня Каина ждали,

Под древом его все бока отлежали.

Глупы каиниты, не могут понять,

Каина им никогда не видать.

Громко смеются и разбегаются в разные стороны.

Если это не издевательство со стороны малышни, то что это? И по лицам балахонистых, — каинитов, как их назвали детишки, — видно, что они слышат этот стишок далеко не в первый раз.

Практически все сутулятся и сжимают кулаки в бессильной злости, кто-то из парней рассержено фыркает вслед убегающим детям, и только Гадрел продолжает идти с ровной спиной, будто ничего и не произошло. Странный он все-таки.

Может, ну их, этих каинитов? Дождаться подходящего момента и сбежать, чтобы не втягивали в свою секту. Здравая же мысль. Хотя они пока ничего плохого ему не делают.

Гадрел вон даже подчинился, когда он, голозадый, велел снять свой балахон и отдать девчушке. И общается уважительно, несмотря на весомую разницу в возрасте.

А еще кругом совершенно незнакомый мир. Повезет, если он будет дружелюбным. А если не будет? Как он сможет в одиночку тут выживать? И сможет ли? В такой ситуации лучшим решением будет довериться кому-то, кто не хочет твоей смерти и не будет использовать в своих грязных целях. Впрочем, наверняка же не узнаешь.

Так что план побега нужен, но его можно приберечь на потом.

За первыми хлипкими домишками стоят другие хлипкие домишки, мало чем отличающиеся. Но чем дальше эта процессия продвигается, тем плотнее домики жмутся друг к дружке. Людей вокруг тоже становится больше. Дети еще несколько раз окружают каинитов, выкрикивая все тот же стишок, а потом разбегаются, теряясь средь взрослых. Те детей не останавливают, лишь улыбаются их шалостям, а некоторые еще и поддакивают.