Нундан Токкэби

Стучал себя в грудь, обещая всё исполнить, как почтовый голубь, клянясь быть верным, как пёс и больше не вставлять непрошенный медяк. Взамен просил только по столу не стучать. Это пугало, это заставляло рассыпаться в бессмысленных обещаниях и клятвах.

– Он опасен, он может навредить нашей безрассудной девочке… – продолжал старый оборотень. – Ей нужно вернуться в море, море защитит от тени, волны не позволят пролить кровь. Ей нужно примкнуть к стае пока не стало слишком поздно.

– Платим наличными вперёд, если возьметесь за дело немедленно! – воскликнул всё тот же пылкий оборотень, бросая на стол тугой мешок крупных жемчужин.

– А если не возьмёмся? – строя из себя большую шишку, нахально поинтересовался Су Ён.

В ответ морское семейство синхронно обернулось, каждый из них оскалил полный смертоносных зубов рот, распахнули бездонные глаза, выпрямились во весь свой исполинский рост. Крабы вторили им, ударяли клешнёй о клешню с таким нетерпением и страстью, что под ноги сыпались мерцающие искры.

Су Ёну не нужно было повторять дважды, когда дело касалось его жизни он скоро понимал намёки и метафоры. Впрочем, так же скоро умудрялся о них позабыть. Память токкэби – крайне причудливое явление. Забывают важное, но вечность помнят пустяки.

Косатки дополнили, что словами младшую Харуко не убедить, слова для неё – ядовитые гарпуны китобоев. Она не станет слушать, следовало предпринять ничто иное, как действие. Самым разумным вариантом морским колдунам казалось разбить ей сердце.

– Сделай так, чтоб тот смертный разбил ей сердце, – предложил неусидчивый молодой оборотень. – Тогда она сама явится домой и больше не будет смотреть в сторону берега. Человек проживёт свою жалкую жизнь пока раны на сердце косатки затянутся.

– Всё это прекрасно и эффективно. Но позвольте узнать, кто этот человек?

Косатки пожали плечами. Младшая Харуко прятала его, не называла имени, ласково именуя своим Рыбачком.

– Тогда где живёт ваша младшая родственница?

Косатки покачали головой. Каждый из братьев и сестёр, тётушек и дядюшек пытался уговорить её вернуться тогда, когда девочка приходила на берег повидаться. Но какая именно из каменных клеток пришлась ей по душе никто не знал, не подумал поинтересоваться.

– Но что нам прикажете делать? Ветру, чтоб отыскать смертного или бессмертного нужен характерный запах. Здесь всё пропахло морем.