Невыносимые. За порогом и дальше

С кухонных полок Истри перебрался в каморку Алеры, устроил себе там гнездышко из старых шапок и проводил большую часть времени, дремая или мастеря обережных куколок, разделочные досочки и другие мелочи. Истри, забившийся в каморку, расстраивал Алеру, да и Орима расстраивал тоже, но сам хатник на попытки его растормошить только отмахивался и говорил, что старый он стал уже и только рад, что есть кому взять на себя заботу о его семействе.

Анаэн ощущала перед Алерой неловкость: вселилась в дом в ее отсутствие, словно нарочно подгадав такое время, втихушку.

Пусть Алера уже не очень нуждалась в каком-то там внимании и тем более присмотре и, конечно, она была молчаливо рада, что теперь есть кому заниматься домом – по доброй воле и бесплатно (впрочем, Шисенне, Алера все равно продолжала приплачивать за помощь, чтобы не чувствовать себя хрюшкой перед Анаэн)... Но всё равно дом стал теперь другим, и дедушка стал другим – да, не хуже, а очень даже лучше прежнего, но всё равно.

Перед Элаем Анаэн никакой неловкости не ощущала: по эльфийским меркам он уже года два как должен был считаться полностью самостоятельным, а на деле, кажется, и вовсе никогда особенно не нуждался во внимании и хлопотании, даже во времена своего беззубого младенчества.

Однако Орим предложил Элаю переехать в свой дом следом за теткой, и Элай, пожав плечами, собрал вещи и действительно переехал. Зачем оставаться одному в опустевшем доме и единолично возиться с уборкой? На подобную дурь, как заявил Элай, во всем Идорисе только Тахар и способен.

Анаэн, хотя и знала, что Элай не пропадёт, вздохнула с облегчением, когда он вновь оказался у нее под боком. Алера сильно подозревала, что Анаэн на самом деле беспокоилась не об Элае, а о доме.

С куда большей охотой Анаэн месяц назад доверила родные стены Шисенне, когда та осталась без крыши над головой. Молодая эльфийка встала перед выбором: или переселяться в одну из общинных изб, где обитают лентяи и обездоленные всех сортов, или проситься к кому-нибудь из знакомых.

Те бы, конечно, не отказали предоставить Шисенне кров, но с радостью ли и надолго ли? 

Тут-то Анаэн и решила вопрос, пустив Шисенну жить в пустующий дом. Разумеется, временно, пока он не понадобится кому-нибудь из семейства, но все понимали, что это «временно» может длиться почти бесконечно долго. Все, кроме самой Шисенны, которая все ломала голову над тем, как бы обзавестись собственным жильем, которого у нее никогда не было.