Наследник с Меткой Охотника

По службе он генерал-лейтенант. Вот и получается, что в этом человеке сплелись в узел интересы трёх сторон: его рода, его службы и его личные.

Короче, обычное дело. Я бы даже не обратил на всё это внимание, если бы где-то в глубинах моего мозга при прочтении фамилии «Волконский» что-то не щёлкнуло. Не могу припомнить детали... Но я мелкий, когда ещё жил как царевич, точно сталкивался с кем-то из Волконских.

— Максим, — глядя на меня тяжёлым взглядом, вкрадчиво начал огромный княжич, — прежде всего хочу принести слова соболезнования.

Лиза напряглась и пристально посмотрела на меня. Я же, проявляя чудеса театрального мастерства, прошептал:

— Неужели... мама и папа мертвы?

— Прости, не так выразился, — мотнул огромной головой генерал-лейтенант. — Я имел в виду, соболезную, что всё обернулось так с твоими родителями и тобой. Они по-прежнему числятся пропавшими без вести. Я надеюсь, всё наладится. Но мне жаль, что ребёнку таких достойных людей пришлось пережить столько всего.

Мне показалось, Лиза едва не выдохнула с облегчением.

Хех, она так переживает за меня?

А я вот гадаю, что за проверки мне тут устроил этот громила-тролль? Они у него сами собой выходят? Прямые и искренние люди главами спецслужб не становятся.

Ха! При этом вся внешность Волконского как бы намекала на то, что он простой, как пять копеек.

Вслух же я ответил:

— Я тоже верю в лучшее, Ваше Сиятельство.

— Вот и правильно, мой мальчик, — кивнул он. — Верить — это лучшее из того, что нам остаётся. Но одной верой сыт не будешь.

Иначе вообще не нужны были бы никакие службы. Максим, ты говорил, что у тебя есть сообщение от родителей для меня. Я хотел бы его услышать, — произнёс он, аки добрый дядюшка.

Но, сука!!! У тебя глаза злые!!!

— Увы, — я развёл руками. — Родители совсем не посвящали меня в свои дела. Да что уж, я только в день нападения по обрывкам фраз тех, кто хотел меня убить, понял, в чём дело. Точнее, предположил. Убедился, только когда встретился с Зурабом. Мне пришлось соврать ему, чтобы попасть в Москву.

В тот момент я не смог придумать варианта лучше.

Я говорил спокойно, не пытаясь особо играть. С Зурабом и ребятами, а также с Лизой и Игорем я был самим собой. К чему мне сейчас изображать испуганного котёнка, как с теми же британцами или французским комиссаром?

— Вот как, — нахмурился генерал-лейтенант. — Значит, ты обманул нас? И говоришь об этом так прямо?!

Его голос стал холодным, он подался вперёд, нависнув над столом.