Сабуро́. Книга 2. Самурай без меча

Такие строили во всех землях по указу государя…[7]

— Понастроили, и народу на шею повесили: слышал, на каждого дармоеда-монаха чуть не по три крестьянина горбатилось! — проворчал Сакон и уставился на скромную дощечку пониже. — Что? Собственность Сингона?! Наложили, значит, лапу на государево…

— Не забывай, что и мы теперь из их братии! — в голосе Укона прозвучала укоризна. — Ты в монастырь зачем просился?

— Чтоб тебя, дурака, не потерять! А на святош я с пагоды Тодзи[8] плевать хотел!

Вон оно что! Я грешным делом думал, что эти одежды ронины попросту украли, а они и впрямь в монахи подались? Вот почему головы обриты и мечей-сабель не видно! Но чего тогда они здесь, а не в своей обители?

Близнецы тем временем продолжали переругиваться.

Тихо, вполголоса, однако если раньше бурчал один Сакон, то сейчас, похоже, у его брата вконец лопнуло терпение:

— Только и делаешь, что Будду поносишь! Как только язык поворачивается? Да если бы не Его свет, блуждать нам по сию пору во мраке!

— Этот свет людям только глаза слепит! Тебе уж точно: совсем спятил! Все беды от того, что мы родных богов забыли! Слушай, что старший брат говорит!

Ого, а Сакон-то, оказывается, старший! Как же так, ведь они близнецы? Впрочем, сейчас меня волновало другое.

За воротами я обнаружил лишь один светящийся след. Монахи, судя по всему, спят. Что, если и троица решила здесь задержаться?

Оставив спорящих ронинов у фонаря, я обогнул храм. Сразу за ним на небольшом возвышении располагалось другое строение.

К нему вела широкая лестница. В темноте было не разобрать, что это за здание, но у его стены мерцал ещё один отпечаток.

В три прыжка преодолев каменные ступени, я оказался на большой поляне, где не было ничего, кроме погружённого во тьму дома и пары бревенчатых амбаров. На другом конце виднелись очертания невысокой пагоды в три яруса, окружённой деревьями. Догадаться, что похитители здесь побывали, было несложно: новые следы пересекали поляну по направлению к пагоде, и я поспешил туда же…

Не знаю, что я ожидал увидеть — спящих прямо на земле злоумышленников, шалаш или хижину, приютившую их на ночь… Разум подсказывал, что от города до этой горы всего ничего, и троица никак не могла задержаться тут на целый день, однако мне вдруг померещилось, что удача близка…

Действительность быстро расставила всё по местам: сразу за пагодой светящиеся отпечатки скрывались в буйно разросшемся кустарнике.