Сабуро́. Книга 2. Самурай без меча

Он уверенно двигался вперёд, не отклоняясь от курса и не снижая скорости, — как по маслу скользил! Более того, ещё и тащил за собой меня, словно и вправду шёл под парусом! К сожалению, выдающиеся судоходные качества кагаси заканчивались там, где начинались мои руки. Здесь река вновь заявляла о себе в полную силу. Барахтаясь в ледяной стремнине, я молил богов об одном: не дать мне выпустить волшебный поплавок…

Боги услышали. Вот он, вожделенный другой берег! Кагаси уткнулся в него и замер.

Почувствовав под ногами дно, я разжал руки и едва за это не поплатился: меня тут же сбило течением и мигом отнесло на пару саженей вниз. Спас свисавший с берега корень — удалось за него уцепиться, а затем и выбраться на сушу.

Дрожа от холода, я проковылял к чудо-поплавку и удивился ещё раз: он стоял на прежнем месте «носом» к берегу, и сверху было хорошо видно, как бурлящие волны исчезают под ним без следа, буквально за каких-то пол-ладони от неподвластного стихии предмета! Соломенные бока пугала при этом даже не колыхались, словно оно находилось внутри невидимой прочной оболочки…

Даже говорливый Капитан обомлел от таких чудес: за всё это время он не произнёс ни слова! Лишь при моём появлении птица встрепенулась, в три прыжка оказалась на берегу, громко проскрипела привычную уже здравицу в честь сёгуна и принялась приводить себя в порядок.

Только сейчас я заметил, что перья на груди Капитана во многих местах выщипаны, да и весь он, несмотря на молодцеватость, помят и потрёпан. Впрочем, я и сам выглядел не лучше…

— Ламзак! — птица закончила прихорашиваться и, склонив набок голову, с любопытством смотрела на меня. — Пора в путь! Бандзэй[5]!

Вот это было сказано верно: чтобы мои собственные «лета» не окончились, едва успев начаться, требовалось срочно развести костёр.

Благо, дерева, выброшенного на пологий в этом месте берег, имелось в избытке…

***

Обсохнув и согревшись, я решил, наконец, переодеться. Потянул из котомки одежду и заметил, как наружу выпал серенький мешочек, последний из трёх оберегов, что вручил мне домовёнок! Дома я отложил его в сторону, когда выбирал, что подарить Василисе.