Сказки Бернамского леса

Заходи и ты получишь ответы на вопросы, которые не побоишься задать.

Первый шаг сделать всегда трудно, но Корвин перешагнула границу дома, оставив за своей спиной тени прошлого. Она не испугается сложных вопросов и неприятных ответов.

Внутри все дышало уютом. Жарко натопленный камин щедро источал тепло. Корвин вдруг поняла, насколько сильно устала за эти дни. Казалось, только присела в резное кресло, и вот уже спит, опрокинув голову на грудь.

— С ней у меня разговор отдельный, и без ваших ушей, — ведьма повернулась к путникам.

– А сказанное тебе, ее не касается. Ты уничтожил убийцу туатов? – и дождавшись утвердительного кивка, продолжила: — Это хорошо…но вот то, что он появился – плохо. Очень плохо. Нарушен договор у Огненного копья. Восстал демон глубин. Рыщет от края до края Альбы, ищет виновных, сеет смерть. Не будет покоя людям, пока беспокоен хранитель. Нужно показать ему, что виновник наказан. Ты сын короля Николаса. Тебе и ответ нести за его клятвы. Возьми прах Трейлла Денинсона и развей над могилой отца. Это успокоит демона.

Румпель нахмурился, но спорить с ведьмой не стал. Пойди, объясни ей, что не ведомо ему, где нашел последний покой Николас. Ведь не присутствовал он на похоронах отца. А скольких очевидцев не спрашивал, все говорили разное.

— Ладно. А сида? Я обещал довести ее до Холма Аргатлам.

— Считай, что довел. Одна из моих дверей ведет в тронный зал.

XIV

Пробуждение в хижине спаконы оказалось на редкость приятным. Пахло уютом, травами и надеждой. В камине плясал веселый огонь, а за маленьким зеленоватым оконцем медленно падал бархатный снег.

Корвин потянулась, радуясь кошачьей гибкости своего тела. Вспомнила все, что предшествовало ее появлению тут и села.

— Он ушел, и своего неугомонного дружка прихватил. Из мальчугана, кстати, выйдет замечательный король.

— Из Румпеля?

— И из Румпеля тоже, если перестанет носиться со своим проклятьем, как курица с куском хлеба.

— А его можно снять проклятье – то?

Спакона рассмеялась скрипуче, надрывно, переходя на кашель.

Но бросившуюся к ней Корвин остановила предупредительным взмахом руки.

— Ох, дитя, кто ж тебя магии учил, что ты простейших вещей не знаешь?

— Никто особо не учил, — Корвин вдруг стало зябко. – Сейду всех обучали одинаково, а в остальном… У Бадб Морриган был хранитель ложа, молодой, рыжеволосый туат, в чьих руках крепкое железо, становилось податливым, словно глина. Он охотно рассказывал мне про яды, проклятья, обороты, а еще учил владеть мечом.