Сын своего отца

- Мало ли чего может случиться на улице, - уклончиво ответил нордиец.

- Не трусь, за мной никого не было, - успокоил, бандит.

Он устало плюхнулся на лавку и, кряхтя, вытянул ноги, пока хозяин наливал вина. Плеснув в рюмки, Барц взял свою в руку, не спеша, однако, пить.

- Что-то мягко стелешь, - покосился на него Рейли, протягивая руку за вином. – Рассказывай, что нужно сделать?

- Съездить, - просто улыбнулся нордиец, но, так и не дождавшись реакции Рейли, продолжил. – Слышал когда-нибудь о деревне Глухой?

Разбойник аж присвистнул:

- Ничего себе! Туда неделю добираться придётся!

- Ну, если поспешить, то всего дней пять.

А тебе придётся поспешить...

Рейли, качая головой, отхлебнул вина.

- Кому-то голову отвернуть понадобилось?

- Да нет. Повстречаться. И не с кем-нибудь, а с самим Кейтом Отгаром.

- О! И он здесь?

- Пока нет. Но к твоему приезду будет там. И не один, а с сотней крепких парней.

Рейли скривил скептическую мину:

- Не слишком ли смело, Рихард? Сотня парней против почти тысячи рыцарей.

..

- Ошибаешься, Милтон. Отгар не собирается ввязываться в крупную заваруху. Его дело – создать панику и разведать судоходность Разбойницы. Ты передашь ему кое-какие бумаги, дождёшься, когда ребята Отгара порубят высланный из города десяток не самых лучших рыцарей, и вернёшься в Расс с бумагами от Кейта.

- А как же Отгар?

- Он устроит небольшой спектакль, чтобы всё выглядело правдоподобно, и спокойно уберётся восвояси.

Пропажу молодых людей Хлодвиг обнаружил лишь под вечер.

Никто ничего толком не мог объяснить. Все что-то невнятно лепетали о какой-то банде где-то в дремучих лесах. Хорд давно уже ушёл домой, и Мастер пришёл к Луко. Тот, недовольный поздним гостем, тоже попытался отвязаться от настойчивого Учителя, но, поняв, что это не удастся, подробно пересказал произошедшее утром.

- Ты прости меня, сотник, но я сомневаюсь, что в твоей голове есть хоть капля мозгов, - вспылил Старый Рыцарь. – И если Хорд, посылая мальчишек на верную смерть, думал, как бы отомстить своему обидчику, то скажи мне, о чём думал ты, пятнадцать лет верой и правдой прослуживший герцогу и королю? Десять юнцов на семьдесят головорезов!.

.

- Не горячись, Питер, - раздражённо возразил Луко. – Ты сам знаешь, что перепуганные крестьяне обычно норовят приврать раза в четыре.

- Я бы и сам так решил, если бы парнишка не назвал точное их число. Пойми ты, наконец: он считал их, а не прикидывал на глаз.