Три молодца за клад мертвеца

Была ли колдовская ночь на самом деле? Или всё приснилось — кот, яблоко на подносе, и то, как ведьма его, Мишу, околдовала? А про нечисть и головы молодецкие — враньё? Сон? Или…

Но взялись же откуда-то на шее следы поцелуев!

Значит, всё правда?..

Поглядывая на Илью, Миша терзался сомнениями. Рассказать ему про ведьму и её предостережение? Не поверит, на смех поднимет. Промолчать?

Но полегли уже две головы молодецкие, и должна ещё одна с плеч слететь. Чья именно? Их с Ильёй двое. Один жизнь отдаст, чтобы другой богатством воспользовался.

Миша покосился на Илью. Тот сосредоточенно макал сырник в сгущёнку, даже не подозревая, о чём думает брат.

“Хорошо ему. Нервы крепкие, деньги водятся. Девушки его любят, даже ведьма его красивым назвала. И родители всегда ему помогали, а у меня одна мать, которая вечно работала. Везунчик он по жизни!”

Зависть обожгла сердце, удушливой волной прокатилась по телу и подступила к горлу. Миша закашлялся, избавляясь от спазма, но не от липкого противного ощущения своей ничтожности по сравнению с братом.

“Если Илья извинится, что дебилом обозвал, то я всё скажу. Если нет, то промолчу, и пусть будет, как будет. А то ишь, возомнил себя невесть кем. Если б не я, он про этот клад вообще не узнал бы”.

Братья допивали кофе. Илья вёл себя расслабленно, рассказывал смешные истории про работу и извиняться явно не собирался. Миша не стал выпячивать обиду и общался, как обычно, но мысленно галочку поставил.

Спустя час красная “Нива” выехала в путь.

Когда “Нива” затормозила у руин, Миша мысленно подвёл черту: “Хватит. Ему пофиг, и я промолчу. Пусть Илья первый клада коснётся, а там будь что будет. Он здоровый как бык, глядишь, выкарабкается. Всё равно не до конца верится в заговоры и нечисть… Может, мне всё приснилось. Или Марина соврала. Скоро узнаем, кто прав.

Приняв решение, Миша повеселел. Его охватил азарт поиска: клад, а значит, желанное богатство совсем близко!..

Глава 6

Братья тщательно проверили металлодетектором землю возле дома Ермолаевых, но нашли только металлический хлам, а отнюдь не клад.

— Ладно, это хотя бы сдадим, — сказал Илья, запихивая в багажник ржавый латунный круг с выступами. — Поехали к разбойничьему оврагу.

Пока ехали в машине, у Миши проснулась молчавшая во время работы совесть.