Ничейная земля

– Погоди! А вдруг австрияки рядом?

– Просто доверьтесь мне, – спокойно ответил Морозов. В отличие от своего сослуживца, он всё видел. – Главное не пугайтесь и не стреляйте раньше времени.

– Ты что удумал, окаянный?! – испугался Бусыгин, крепче обхватив винтовку.

– Сейчас увидите, – ответил дракон и, взяв набитую обмоченной парафином марлей гильзу, зажёг спичку и поднёс её к импровизированному факелу. Огонь тут же вспыхнул и озарил ярким светом заснеженную равнину. От увиденного Бусыгин испуганно выругался и тут же вскинул винтовку: перед Морозовым стоял австро-венгерский солдат в тёмно-синей шинели, сжимая в дрожащих руках винтовку.

На козырьке его кепки скопились хлопья снега. Солдат тяжело дышал и перепуганными глазами таращился на вражеских солдат. Хранитель Добра медленно поднял руки вверх и улыбнулся. Австровенгр впал в замешательство. И он, и Бусыгин не знали, что делать. Любой крик – и начнётся ад. Гробовая тишина давила всё сильнее. Молчание нарушил дракон, заговорив по-немецки:

– Ruhe, Kamerad, ruhe… Ich will dir nicht schaden… Alles ist in Ordnung, verstehst? (Нем.

: Спокойно, друг, спокойно. Я не хочу тебе навредить. Всё в порядке, понимаешь?)

Австриец на мгновение опешил, но винтовку не опустил.

– Was war das?! – дрожащим голосом поддержал диалог австриец. – Was, zum Teufel, machen sie hier, Russe? (Нем.: Что это было? Какого чёрта вы здесь делаете, русские?)

– Ты чего, по ихнему что ль балакаешь? – впал в ступор Бусыгин.

– Погоди… Так может ты с ним заодно?

– Лучше помолчите, господин ефрейтор… – пробормотал дракон. Бусыгин хотел было возмутиться, но в сложившейся ситуации предпочёл промолчать.

– Ich wiederhole! Was?! (Нем.: Я повторяю! Какого чёрта?!) – было заметно, что австриец нервничает. Дракон поднял руки и спокойно ответил:

– Wollte ich dir schaden, hätte ich schon geschossen. Ich habe keine Waffen in meinen Händen, deshalb leg, bitte, dein Gewehr unter und höre mich zu.

(Нем.: Хотел бы я тебе навредить, уже б выстрелил. Я безоружен, поэтому, пожалуйста, опусти винтовку и послушай меня внимательно.)

Австриец с недоверием посмотрел на русских. Ему очень не хотелось лишаться жизни здесь, на ничейной земле, поэтому чувство страха всё же заставляло его держать Хранителя Добра на прицеле.

– Es ist Weinnacht, nicht wahr? – спросил дракон. (Нем.: Сейчас Рождество, не так ли?)

– Ja, – согласился австриец. (Нем.