Эолова флейта, или Душенька и Курчавый

Теперь в жёлтом доме сидит, месье Гоголю дармовой матерьял для «Записок сумасшедшего» поставляет…

   – Да ты что! – воскликнул Романович. -- Вот несчастье какое; а я не знал! Но, по чести говоря, Саша, на твоем месте я б не стал всей душой предаваться горю. Ведь у тебя есть Анна! Я помню стихи, которые ты для неё сочинил. Мол, не забудешь никогда...

   – Правда? – удивился Саша. – Вот, представь, не помню. Совсем. Должно быть, в пьяном виде писал.

   Он торопливо пожал Даниле руку.

   – Ты меня не убедил, извини. Анна хорошая девчонка, но я с ней «не хо». Мне нужна Натали… а ее больше нет.

   – Ну, как знаешь, брат. Твоё право.

   – Ага, – согласился Курчавый. – Давай уж я сам свою судьбу решать буду...

   И уныло побрел прочь. Но Романовичу вдруг показалось – за спиной у Саши мелькнул полупрозрачный силуэт. Женщина; вполне себе стройная, ладная.

   Пушкин оглянулся на неё; ответил вымученной, но всё же искренней улыбкой, и лицо его – пусть на миг – просветлело.

   «Мерещится», – решил юнкер. – «Что ж... Прощай, старый друг!»

   ***

   Архангел Гавриил (которого Алели и её сестра назвали бы Джабраилом) ехал по облакам на седой кляче. Навстречу ему шёл поручик Розен.

   – Привет, – архангел слез с седла. Подал ему руку. – Как делишки?

   – У меня-то? Как всегда. У вас там в Раю что нового?

   – Да вот, – грустно сказал ангел, – татарин к нам вчера заявился.

   – Какой татарин?

   – Как какой? Тот, Противоречащий! Представь, орал на меня. Ерепенился. Говорил, дескать, «ныне порядки переменились. Воронье войско уже идет в ваши края; скоро, скоро вам самим с Гюли разбираться!»

   – Кто это – Гюли? – меланхолично спросил поручик.

  – Да если б я знал!.

   Спотыкаясь и отчаянно – полушёпотом – матерясь, Курчавый плелся по кочкам. В тумане было не видать дорогу, синий иней хрустел под ногами, мешаясь с болотной грязью. Курчавый оглянулся, чтобы проверить, идет ли Наташа за ним, но призрак в сумерках казался неразличим.

   – Са-ашхен, – вдруг раздался её голос, почти над ухом.