Сказка наизнанку

Ну а мне без него как? Так и осталась смотреть на праздник из окошка.

Глядя на танцующих, я только вздыхала. Фигуры, вроде, простые, а уж как отплясывают задорно… И я бы могла не хуже, да только мне уже не по чину мешаться в компанию девок и парней. А Свита танцевать тащить — себе дороже, и без того он уже весь изворчался. Зато Корвин со Званой были лучшей парой из всех, хоть в танцах, хоть так. Я, любуясь на них, утешалась, а изнутри всё же точила душу чёрная мысль: почему в моей собственной жизни ничего подобного и близко не случилось? Живу, словно росток, пробившийся в подполе, не знающий ни очего света, ни живого дождя.

Родилась — никому не надобна, этлу на порог подброшена. Выросла — стала и этлу не надобна. Кинулась на шею первому, кто поманил, а теперь день за днём заботы, хлопоты, да от мужа грубость, терпи и молчи. И хоть бы кто ласково посмотрел, доброе слово сказал… Изголодалась моя душа по воле и радости.

Когда Свит убрёл наверх спать, я уложила Лучика в люльку и пошла на конюшню, полоскать пелёнки.

Набрала в корыто воды, склонилась над ним, а оттуда на меня такое глядит… Едва саму себя в отражении признала: под глазами синева, на лбу морщинки, коса облезла, шея тощая из ворота торчит, как у щипаной курицы… Эх, облетела по ветру моя девичья краса! Одни только конопухи никуда не делись, их даже как будто вчетверо больше стало.

Не сдержалась я, уронила в корыто слезу. А тут, словно нарочно, Корвин заглянул: весел, как птица, сияет, будто клад нашёл.

— Ну чо, — говорит, — Рыжик, ради Щедреца можно и хлябь потерпеть?

Я отвечать не стала, думала, он потопчется чуток и уйдёт. А он, видно, заметил неладное. Встал передо мной и давай заглядывать в лицо:

— Э, да ты, никак, плачешь? Тебя Селёдка обидел?

— Нет…

— А что тогда? Хорош пелёнки солить, говори, что стряслось.

— Да правда, ничего. У меня это… зуб болит, — на ходу соврала я.

Он вздохнул:

— Луковицу приложи. Говорят, помогает. Ну а кроме зуба? Давай, Ёла, колись. Плохой из тебя врун.

Я подумала: а вдруг Корвин и впрямь что дельное подскажет? Он мне вроде брата, его спросить не срамно.

— Слушай, Корвин… Я вот смотрю кругом — сколько девок, и ни одной конопатой…

Он хлопнул себя ладонями по коленям и рассмеялся:

— Во даёшь! Это ты из-за такой пустяковины тут рыдаешь?

— Кому пустяковина, а у меня вся рожа в ней.

— Да и пусть! А не нравится — так ты пахтой намажься, или чем там ещё девки белятся. Я в ваших хитростях не дока.