Сказка наизнанку

Корвина надо срочно приводить в порядок, да и службу пока никто не отменял.

— Какая служба! Ты вчера с пола встать не мог! А ну как совсем ноги протянешь? Мне за тебя страшно!

— А за Корвина? — спросил Свит, прямо и жёстко глянув мне в глаза. У меня полыхнули щёки, и сердце тяжко ткнулось в груди. А Свит снова уставился в стол и спокойно сказал:

— Вот поэтому я сейчас валю в крепостицу работать, а вечером отправляюсь за смолкой в Торм. Собери мне с собой что-нибудь поесть.

В тот же день у фонтана болтали о чудных делах: двое воришек ночью сами ломились в караулку, умоляли их задержать, твердили, что за ними гонится ракшас.

Стражи лишь посмеялись над непутёвыми и, приняв их за пьяных, вытолкали взашей. А наутро обоих нашли на площади мёртвыми. Какая-то ночная тварь загрызла их и жутко изуродовала, но не подумала сожрать.

Глава 10. Приключения Ночной твари

Два дня спустя Свит вернулся домой. Был он на удивление благодушен и весел, нянчился с Лучиком, хвалил мою стряпню… А меня всё холодила мысль о тех двоих, чьи тела нынче выставлены на обозрение народу у ворот крепостицы.

Уже поздно вечером, в постели, я не удержалась и спросила:

— Как ты мог, Свит? Зачем ты это сделал?

Он не сразу понял, о чём я. А когда понял, спокойно сказал:

— А, те двое… Случайность. Заметь, я их не искал, они сами пришли. Напали в подворотне, надеясь пошарить у меня в карманах. Если бы я разделался с ними более традиционным способом, например, при помощи сабли, тебя бы это меньше огорчило?

— Свит! Ты в самом деле не понимаешь разницы или притворяешься? Одно дело — убить грабителя, обороняясь, и совсем другое — напасть самому, гонять, как зверя, пугать, мучить и только после того убить…

— Люди, берущиеся грабить прохожих в ночи, как правило, осознают, что могут плохо кончить.

И не думай, пожалуйста, что я охотился на них ради удовольствия, мне просто была нужна сила. Не отказываться же, если она идёт в руки сама?

— Но ты ведь выпил смолку! Разве этого не достаточно?

— К сожалению, нет.

Смолка сама по себе силы не даёт, она даёт возможность силу зачерпнуть и удержать. Вернее, она настойчиво этого требует. С тех пор, как я узнал её власть, я стал лучше понимать ракшасов: большинство их поступков объясняются голодом силы, а вовсе не врождённой зловредностью.

— И ты должен вот так кого-нибудь… каждый раз?

— О, ни в коем случае. Обычно мне удаётся заблаговременно уйти в Торм.