Город во влажной низине

Матушка Гачо разбила здесь сад, посадила вишневое дерево и поставила несколько столиков для тех, кому не хватает места в зале. Впрочем, желающих было немного: от колодца посреди двора тянуло сыростью и неприятным затхлым запахом, крышка его позеленела от плесени и прогнила на четверть. Да и дерево выглядело больным.

Аджисай сделала знак, отводящий злых духов, а потом обернулась через плечо и посмотрела на Имо. Девушка дрожала, как лист на ветру.

- Подожди меня в зале, - Аджисай вытащила из рукава несколько монет и вложила во влажную руку служанки.

- Выпей чаю. Я скоро вернусь.

Имо всюду должна была сопровождать молодую госпожу, но страх и робость победили, и девушка юркнула в дверной проем. Аджисай искренне понадеялась, что никто из посетителей закусочной не обидит ее.

- Где этот господин? - спросила она, поворачиваясь к прислужнице.

Та указала в сторону дерева.

- Сидел вон за тем столиком, госпожа. Должно быть, отошел. Вон его шляпа.

На краю низкого столика и в самом деле лежала широкополая соломенная шляпа причудливого плетения, рядом сложены были нехитрые пожитки и прислонен деревянный, окованный полосками металла посох.

- Принести вам чаю, госпожа?

Аджисай рассеянно кивнула. Медленно она подошла, села на подушки и сложила руки на коленях, накрыв кисти краями широких длинных рукавов, чтобы незаметно было, как они дрожат. Наверное, поздно было размышлять, прилично ли это — встречаться с мужчиной наедине, да еще в таком месте. Аджисай, если она хотела разрешить проблему генерала Сумизомэ, нужна была помощь или хотя бы добрый совет.

Вишневые лепестки неспешно кружились в воздухе и падали на стол, складываясь в причудливый узор.

- Доброго вам дня, госпожа Асунаро.

Аджисай резко обернулась. Шляпа слетела с ее головы и упала на каменные плитки двора.

- Ка-как вы узнали, что это я?!

Нагарэмоно Мэнджи, бродячий йома-тай, пожал плечами, обошел столик и сел, разглядывая ее, чуть наклонив голову к плечу. Выглядел он в точности так же, как Аджисай помнила по двум их коротким встречам.

Достаточно молодой, несмотря на нити седины в длинных, растрепанных волосах, небрежно сколотых на затылке длинными заморскими шпильками. По-своему красив, если бы не ощущение… неправильности, порождающее страх. И глаза у него было воистину жуткие, лиловые, будто пара лепестков глицинии.

- Какой еще женщине понадобится искать меня чудесным весенним днем, если не молодой заклинательнице, попавшей в передрягу?

Аджисай содрогнулась.