Ценные накопления

Если маменька была совершенно не бодучей, то бабка Шарлотта была точно остророгие Плаклинские коровы! Ей бы еще вставную челюсть прикупить поклыкастее, тогда вообще равных бы не было!

В две секунды светилы акушерской гинекологии были выдворены от беззащитной маменьки и преданы позорному бегству… Подбежав к краснеющим от сего внезапного эпостаза дяди Генри и тети Гретель, светилы акушерской гинекологии потребовали усмирить «разбушевавшуюся бабку», дабы она не мешала им работать с крайне тяжелыми преждевременными родами.

- Не троньте ее, - тотчас вставляет свое решительное слово заботливый родитель, и переубедить его уже бесполезно, к тому же на подмогу приходить несокрушимое подкрепление в виде яростно бушующей бабки Шарлотты.

Оплеванные в буквальном смысле съехавшей вставной челюстью, сыпящей направо и налево пиратские ругательства, получив сполна увесистым набалдашником трости по всему чему только можно, светилы акушерской гинекологии окончательно сдают свои позиции и обиженно устремляются восвояси, со всей силы оттолкнув меня затылком о стену.

С самого прихода этих двух чудовищ я с ужасом думал о том, что совсем скоро наше бедное дитятко будет отправлено плавать в формалине, как некогда по велению этих же превеликих гениев родовспоможения был отправлен я, сочтенный не жизнеспособным, чудом выживший в том убийственном чане прижизненной смерти. В формалине, от которого у меня навсегда сформировалось пожизненное глубоковидение… И вот сейчас, не добившись своего, эти детоубийцы и женоненавистники как бы невзначай отыгрываются на мне жестоко и беспощадно, после чего мгновенно скрываются с места преступления, не обратив никакого внимания на встревоженные крики, озабоченно кружащей вокруг меня бабушки Шарлотты.

- Деточка… Деточка… Да как же это? – то и дело шепчет бабушка Шарлотта, испуганно смотря на меня двоившимся перед глазами лицом.

Несмотря на пиратский нрав бабка Шарлотта была истинным образцом материнства! Схоронив неимоверное множество старших сыновей, в заботливой трепетности взрастила она маменьку и дядю Генри… По их же вполне состоявшемуся возрасту хотела выйти замуж за юного офицерика, да только в четвертый раз законом то запрещено, но это совсем не мешает ей продолжать жить полноценной жизнью.