Сказ о царе Петре, злой ведьме и находчивой котейке

- С чем пожаловал, молодец? - пытливо спросила старуха, когда царь ступил в избушку.

- Да вот, в разведку ходил… - начал Петр.

- Э, даже не поздоровался, а ужо в горницу с грязными сапожищами залез. Бесстыдник! - сердито проворчала бабка.

- Добрый вечер. Царь я, Петр…

- И тебе того же… - молвила старая, - Петрушка, значит… - и дальше, почти неслышно прошептала, - Петрушка к супчику… завсегда хорошо…

- Что-что?

- Да, ничего, царь-батюшка. Старая я, заговариваюсь. И с какой оказией тебя занесло в мои помидоры?

- В какие помидоры?

Слышал царь про этот овощ заморский, но подумать не мог, что уже и в глушь корельскую слава о чудном продукте добралась.

- Да ладно тебе притворяться? Прошел, как лось по моей крапиве, грибы целебные, давеча посаженные, затоптал, рассаду свежую твой конь пожрал. А знаешь, что с такими разбойниками тута происходит?

Качнулась слегка избенка, и из-под кровати выкатился белый, с дыркой во лбу, череп. Да не конский, как на воротах, а самый, что ни на есть, человеческий.

Поскакала черепушка по половым досочкам да нижней челюстью звонко заклацала. К людям подскочила, вспрыгнула наверх и край столешницы желтыми зубьями закусила.

Вздрогнул царь испуганно, волосы на голове зашевелились, веко задергалось. Но тут кошка на окне проснулась, сладко зевнула да лапкой махнула приветливо. И почему-то успокоился Петр.

- Прощения прошу, вот, возьмите денежку за ущерб! - и протянул завалявшуюся в карманах полушку.

- На кой мне твои деньги в лесу дремучем? - плюнула старуха, достала свечу, зажгла и засунула ее в дырку, что зияла на черепушке.

- Зачем пожаловал?

- Война идет, надо русичам к Балтике выходить. Град на реке Неве ставить. Вот и хочу места разведать, дороги наладить, чтобы каменьев навезти. Город строить, корабли большие на воду пускать. Торговать будем, и со свеями, и с англичанином, да и немчуру тоже попотчуем!

Покачала головой бабка. А про себя уяснила: понаедет сюда людей, леса пожгут-разорят, реки да озера замутят, совсем житья не станет никакого.

И задумала старая помешать Петру. Однако виду не подала, решила хитростью действовать.

- А чего, царь-батюшка, поди, устали с дороги? - неожиданно перешла на ласковый тон старая карга.

- Да, отдохнуть бы мне и коню моему. Где постелешь, там с удовольствием лягу. Я хоть и царь, но к походной жизни привыкший.

- Э, погодь, я самой распоследней дурой буду, коль не приму гостя, как полагается.