Странствие духа

Отныне они станут самовластны в том, что им принадлежит, и родитель не сможет указывать им, как жить и что делать. Настала пора отдать им наследие. Авлан собрал детей на совет:

— Все вы знаете уже о кознях Урэна, все понимаете, какие силы он может разбудить. Ни одному роду в одиночку с ним не управиться! Но люди, любимые младшие дети Сэвэки, зависят от нас. Будьте им защитой, говорите с шаманами своих родов, предупреждайте обо всех опасностях, которые им по уму. Ну а с чем не справятся шаманы, с тем будем драться мы.

Дети слушали почтительно — молоды ещё, не попробовали на своей шкуре, каково это — сражаться…

— А мама? — спросила синичка, самая младшая, дочка Юлтэнэ. — Можно она не будет сражаться? Она же девочка…

Мальчишки расхохотались, да и Синильгэ улыбнулась украдкой. Авлан сказал твёрдо:

— Ваших матерей в битву не зову, если сами не пойдут. Видеть-то духов они видят, а остановить их, случись что, не смогут. Защищайте их, берегите. И я буду к вам заглядывать.

Молодёжь разлетелась по своим рекам.

Но Авлану спокойнее не стало! Тревога за детей оказалась на диво сильна. И Синильгэ не успокоилась:

— Не все сразу справятся со своим делом, не все избегнут ошибок. Готовься, отец-покровитель, выручать детей из беды!

— Да я уж готов, — вздохнул медведь. Теперь он всё больше в медвежьем обличье ходил про Срединному миру.

Он и правда верил, что готов, но жизнь показала: не так-то всё просто! Двое сыновей поссорились, ни один уступать не хотел.

— Мой род больше! Ему надо больше земель для охоты, — заявил килягирский заяц.

— А в моём больше женщин и меньше мужчин, им трудно ходить далеко за оленями! — упёрся улэгирский соболь. — Уступи мне дальнюю сопку, она к нам ближе.

— Ещё чего! Там орехи растут, твоим улэгирам их, что ли, отдавать?

А шаманы знай призывают духов-покровителей, просят: пошлите то и это, не скупясь, не умаляя…

Дети ссорились, делили угодья своих родов, считались обидами, которые люди друг другу наносили. Кто-то поругался с духами леса и реки и хотел, чтобы его братья и сёстры тоже с этими духами больше не разговаривали.

Кто-то нашёл колдовские амулеты чангитов поодаль от стойбища своего рода и призывал отправиться в погоню, а другие отмахивались: что тебе эти чангиты, ушли — и ушли, плюнь да забудь.

Даже Дуннур-Матери порой другие духи жаловались на выходки детей Авлана. Отец как умел выгораживал потомков, улаживал отношения с духами, иногда и брата-медведя приходилось просить вмешаться.