Странствие духа

Тут через толпу тётка потащила на толстом ремне тощего, громадного, страшного кобеля:

— Вот тебе самолучший пёс, охотник на славу! Ты не гляди, что худой, он зато злой и на зайца, и на старшего братца мохнатого. Бери, охотник, бери!

Протягивает Гарпани ремень, а сама старается подальше от собаки встать.

Что ж, видно, и тут его обжулить хотели: самого злобного зверя привели. Гарпани взял поводок, опустился на одно колено перед псом, прошепатл ему на собачьем языке:

— Ну что, друг, замучили они тебя? Голодом морят? Айда со мной, сытнее будет, да и не обижу, беречь стану.

Вон ты какой красивый, а зубы — загляденье!

И пёс, которого вся стоянка страшилась, лизнул его руку, приластился.

Тут люди и вовсе притихли: что за человек у них объявился — мысли угадывает, со свирепым псом сговорился… Не дух ли, не посланец ли небес? А Гарпани потянул пса за поводок и пошёл от них прочь. Хотелось поскорее умыться — после разговоров с таким народом кажется, что в грязи извалялся!

*

За время пути со стариком Гарпани проходил в день много меньше, чем отшагал бы один.

И теперь шёл без отдыха весь вечер до глухой темноты, пока уже пёс позади не запыхтел от усталости. Гарпани пожалел собаку: тощему да голодному тяжко идти, надо бы ночевать!

Балаган себе он решил не ставить, наловил, как обычно, рыбы в ручье, дал собаке, а сам поел орехов и забрался на лиственницу. Сел на нижнюю толстую ветку, завернулся в одеяло — вот и устроился на ночь! А с утра собрал костерок, положил в него еды из запасов:

— Духи-покровители ингилагиров, сначала привет вам, потом уважительный разговор! Загляните к моему огню, повидаемся, познакомимся.

Долго ждать не пришлось: из чащи лесной вышел чёрный лось, от речной протоки прилетела утка, а с вершины гольца — серая синица:

— Привет тебе, житель небес! Как тебя в наши края занесло?

— Я к вам шёл, — сказал Гарпани. — Вы ведь дети великого Авлана, покровители шилкинских людей, а он, как говорят, воевал с чёрным шаманом Урэном. Вот и я с ним сразиться хочу.

— Это опасный противник, — покачал головой лось.

— Отец наш жизни лишился, пытаясь с ним справиться, мама наша человеческий облик оставила — очень уж слуги Урэна стали могучи… Да и нас больше род ингилагиров не почитает, ни во что не ставит. Сколько добра им ни делай, а всё одно в душу наплюют да забудут…

— Правда, правда! — закричала синичка. — Добра они не знают, законы забыли.

— Я уж заметил, — усмехнулся Гарпани. — Жадность да злоба — больше я от них ничего не дождался.