Сабуро́. Книга 1. Внук своего деда

Однако услышав о том, что Господин Шестой чувствует тончайшие запахи, Тамаси всё же проникся важностью происходящего:

— Говоришь, разнюхал белоглазый колдун, где злодеи прячутся? — удивлённо переспросил он. Обиженное выражение на морщинистом лице сменилось задумчивостью. — Как думаешь, перед кораблём мне лучше хорошенько вымыться, или, наоборот, дёгтем намазаться? Ну, чтобы он меня по запаху не вычислил?

Я не нашёлся, что ответить. Да этого, похоже, и не требовалось: озабоченно почёсывая косматый затылок, Тамаси уже шагал к корчме…

***

Годзаэмон с местным начальником наблюдали, как лекари — ими оказались старик и юноша — возятся с ранеными.

Трое местных помогали носильщикам чинить норимоно. Ещё с полдюжины стояли с факелами вокруг. Господин Шестой уселся поодаль прямо на траве, и теперь задумчиво перебирал струны на своей биве. Тоскливые дребезжащие звуки и вязкая темнота, в считанные мгновения затопившая всё вокруг, настроения не добавляли.

Ждать Тамаси пришлось долго, и я уже начал волноваться, когда маленькая цепкая рука дёрнула меня за подол:

— Там они, голубчики, за столом сидят! Рожи разбойничьи, у одного нож за поясом и рука перевязана! У второго дубинка, а на ноге свежий след от укуса! — Тамаси аж приплясывал от возбуждения.

— И, главное, они обсуждают, кому в столице награбленное продадут: шёлковый пояс, серебряный гребень и заколки-кандзаси[3]. Тоже серебряные…

Действительно, раненая в живот была одета в дорогое кимоно, к которому полагается особый пояс-оби[4], но его-то как раз и не нашли! Богатые женщины в Японии носят широкие пояса, сажени в три длиной.

Такие ткут из шёлка, да ещё и расшивают золотом или серебром. Оби хорошей работы стоит немалых денег. Душегубы наверняка и кимоно сняли бы, кабы в крови не испачкали…

— Тамаси, а они там как: трезвые или не очень?

— Приняли порядочно. Хозяин не успевает вино подносить! Но на ногах держатся: пока я подслушивал, оба в уборную отлучались. В этом заведении, кстати, отлично рыбу жарят! Успел попробовать, пока злодеи облегчались! — при этих словах мой приятель облизнулся.

— Вот пройдоха! Теперь понятно, почему тебя столько ждать пришлось! Ступай обратно: коли надумают уходить, дашь знать!

— Это вряд ли. Время позднее, они тут заночевать решили. Но ты прав, за этими рожами глаз да глаз нужен. Да и рыбки ещё отведать не мешает! — Тамаси метнулся к корчме и с разбега нырнул в закрытую дверь.

Перемещений моего друга никто, разумеется, не заметил.