Сабуро́. Книга 1. Внук своего деда

Даже пёс всего лишь ухом повёл, хотя Тамаси пробежал совсем рядом! И кто там на ноги жаловался?

Собравшись с духом, я подошёл к Годзаэмону. Отозвал его в сторонку и коротко поведал обо всём, что узнал. Добавил, что чувствую мысли пса, который прямо сейчас сидит у дверей заведения напротив. Внимательно всё выслушав, сэнсэй подвёл меня к старосте. Как выяснилось, тот, помимо прочего, возглавлял местных стражников-дзиттэмоти[5] — это они стояли вокруг с факелами в руках — и имел право задерживать любых подозрительных лиц.

Годзаэмон сообщил ему о запахе благовоний и указал на слепого музыканта, а затем — на пса у дверей корчмы. Этого оказалось достаточно.

Четверо стражников, вооружённых короткими железными палками с крюком на боку[6], ворвались в заведение и уже через несколько мгновений выволокли душегубов наружу. Позади вразвалочку важно шествовал мой приятель с деревянным блюдом в руках. На блюде красовалась жареная рыбина. Поймав мой взгляд, Тамаси протянул добычу вперёд, словно предлагая угостить, затем удивлённо пожал плечами, словно нехотя откусил кусок, едва поместившийся у него во рту, и улыбнулся с видом победителя.

Пёс Сиба, до сих пор нетерпеливо повизгивавший, вдруг замолчал и, совершив стремительный прыжок, мёртвой хваткой вцепился в ногу разбойника с перевязанной рукой. Собачьи челюсти стражники ловко разжали с помощью той же железной палки — и всё повторилось сначала. Пса удерживали четыре руки, но он сумел изловчиться и укусил орущего от боли злодея ещё раз. На свет появилась прочная сеть с грузиками на концах.

После недолгой борьбы Сибу спеленали, словно младенца, и вручили дёргающийся свёрток мне. Понемногу пёс успокоился, продолжая лишь тихо и жалобно скулить. Держать его, маленького и лёгкого, было нетрудно, поэтому я так и стоял с Сибой на руках, наблюдая за происходящим.

Разбирательство было коротким. Пояс-оби, обнаруженный у негодяев, благоухал так, что даже зрячие поняли: запах в точности совпадает с запахом от одежды жертвы. Затем с руки трижды помеченного Сибой сорвали повязку и сравнили укус с теми, что пёс оставил на ногах душегуба.

Следы зубов оказались одинаковыми. На серебряном гребне тонкой работы обнаружилась пара длинных, явно женских волос. Объяснить, откуда у них эта вещица, злодеи не смогли. Да и изящные серебряные заколки буквально просились на женскую голову — настолько нелепо они выглядели в грубых мужских руках…

Словом, никаких сомнений в том, что пойманы виновные, ни у кого не осталось.