Сабуро́. Книга 1. Внук своего деда

И раз в двадцать больше меня…

— Долго тащил? И куда ты вообще шёл?

— Куда-куда… Думал до Вильяма нашего добраться. Говорили, что он где-то неподалёку корабль строит. Токугава ему поручил, как только сёгуном стал. А статую тащил, покуда сил хватало: не бросать же? Потом понял, что лучше её где-нибудь схоронить. А где такую махину спрячешь? Не на берегу же зарывать? Огляделся, смотрю: вверху на скале какой-то храм! Туда и подкинул. Еле заволок: тропинка узкая была, а Эразм совсем неподъёмным сделался. Между прочим, мы сейчас недалеко от того места находимся…

По словам Тамаси, монахи, обнаружив у своих ворот резную статую, обомлели.

Полдня стояли перед ней на коленях, потом долго спорили, кто это такой. Наконец на чем-то сошлись и с почестями унесли Эразма к себе.[16]

— Думаю, он по сей день в том храме стоит. Наверняка на почетном месте, уж больно искусная работа! Ну а я дальше пошёл. Без тёзки, зато налегке…

Узнать, где Вильям Адамс строит свой корабль, Тамаси не удалось. Местные в своих разговорах ни о чём подобном не упоминали.

Поразмыслив, мой друг решил пробираться в Эдо, надеясь, что в тамошнем порту что-нибудь узнает. Но из этой затеи ничего не вышло. Видимо, власти держали строительство европейского корабля в тайне. Зато Тамаси к своему немалому удивлению обнаружил, что на японских судах никаких клабаутерманов не водится.

— Представляешь, все места свободны! Выбирай, не хочу! Не то, что в Голландии... Я как-то раз в Роттердаме к приятелю в гости пошёл и в темноте корабль перепутал, дело-то ночью было.

Еле ноги унёс: хозяин старым морским волком оказался, примерно, как я сейчас...

...Присматриваясь к кораблям, что стояли в порту, Тамаси обратил внимание на «Нисики-мару». Моряки судачили, что их хозяин только что получил пресловутую «красную печать» и теперь будет торговать с дальними странами. Долго раздумывать мой товарищ не стал…

— Прикинул я и так, и сяк. Доберусь ли до Вильяма — неизвестно. Может, сам раньше помру, без корабля-то… А тут про дальние страны говорят! Вильям ведь наверняка корабль строил, чтобы тоже за моря ходить, иначе зачем это сёгуну? Ну и решил я, что пока на «Нисики-мару» поживу.

А там, глядишь, и со своими встречусь…

Однако подходящего случая так и не представилось. На корабле моего прапрадеда Тамаси побывал и в Макао, и в Лусоне, и в Маниле. Ходил и в Аютайю, и в Тямпу. Часто слышал, что в те же порты заходили какие-то «рыжеволосые».

— Но, как назло, то они прямо перед нами порт покинут, то после нас заявятся.