Сабуро́. Книга 1. Внук своего деда

— Вставай, поднимайся, камчатский народ! — пропел скрипучий голос в моей голове. Я попытался продолжить прерванный сон, но не тут-то было.

— Завтрак проспишь! Его Милость уже за столом сидит! — не унимался Тамаси. — Сытый голодного не разумеет, чего доброго, казнить тебя прикажет. У самураев это запросто!

— Хорошо тебе говорить! И как ты сам без еды обходишься? – пробормотал я, вставая с постели. Помирать, тем более на пустой желудок, не хотелось.

— С чего ты взял? Пока все спали, я поварню осмотрел: столько еды мне точно не надо! Как говорится, не хлебом единым жив человек! Ну а я — тем более.

Был бы ветер в парусах да спокойное море!

— Что ж, тогда отправляйся вперёд, бородатый парусник! Встретимся в замке. Разведай, что там да как. И будь, пожалуйста, осторожнее!

Тамаси хмыкнул и, гордо выпятив бороду, удалился. Прямо сквозь стену. Подобным выходкам приятеля я давно не удивлялся. От вопросов, как он это делает, Тамаси лишь отмахивался, отвечая, что лёгких путей не ищет...

Чистая, красиво сложенная одежда ждала меня ещё с вечера, и, наскоро одевшись, я успел как раз вовремя: в дверь негромко постучали.

Кто бы это мог быть? Служанка? Неужели сейчас я увижу обезьяну в женской одежде? Но нет, чары в усадьбе действовали превосходно: за дверью стояла худенькая миловидная девица. Поклонившись, она улыбнулась и сделала знак следовать за ней. Как я ни пытался разглядеть в её статях что-нибудь обезьянье, ничего не заметил. Разве что росту невеликого, ну да неизвестно, сколько ей лет от роду. ..

В давешней трапезной за тем же низким столом на подушках сидели Его Милость с Годзаэмоном и неспешно пили чай. Хозяев не было. Впрочем, судя по всему, завтрак ещё не начинался. На столе стоял лишь чайник с чашками.

— Доброе утро, Сабуро! Как спалось? Я, пожалуй, только в детстве так славно почивал: ни забот, ни тревог. Обо всех делах забыл, сон видел радостный. И спина ныть перестала! Видать, и впрямь вода тут целебная!

— Здравствуйте, Ваша милость! Доброе утро и вам, господин Годзаэмон! Отдохнул чудесно.

Полон сил и готов к любым трудностям. Можете на меня рассчитывать!

— Про рассчитывать верно сказано: есть у меня на сей счёт кое-какие мысли... По дороге обсудим. Сейчас завтракаем, и в путь. А вот и наш Фукурокудзю![1]

В дверях возник лысый хозяин усадьбы. Из-за его спины выглядывала юная служанка. В руках она держала большую корзину. Войдя в комнату, старик принял её у девицы и подошёл к нашему столу.