Сабуро́. Книга 1. Внук своего деда

Мои люди не обнаружили на тропе никакой харчевни, только костровище у поваленных деревьев. Разбитые черепки. Вот этот котелок. И клочья опалённой лисьей шерсти, залитые водой. Всё, как поведал Сабуро. О том, что здесь произошло, помалкивайте. Подобные происшествия редко, но случаются. Думаю, вы слышали не одну похожую историю.. Мальчику же вы должны быть благодарны: он спас вас от страшной участи. Не иначе, сам Дзидзо-босацу[22] оберегал его!

С этими словами князь поднялся со своей скамейки, похлопал себя по бёдрам и добавил:

— А чтобы шагать в столицу было веселее, жалую вам ещё по монете.

Доберётесь — выпейте за вашего спасителя, да не забудьте хорошенько закусить: шестнадцати моммэ серебром на это хватит с лихвой!

Лица гонцов просияли — это было заметно даже в предрассветных сумерках. Оба снова бухнулись в ноги Его Милости. Собравший свои принадлежности писарь, он же, видимо, и княжеский казначей, извлёк из дорожного мешка увесистый кошель, выудил из него две продолговатые серебряные монеты и бросил их перед лежащими на земле.

— Благодарштвуем, Ваша милошть! Да восславится во всех землях Ваша щедрость! — глухо донеслось снизу.

Гонцы проворно подобрали монеты, однако разгибать спины не торопились. Я по-прежнему стоял на постепенно немеющих коленях. Неожиданно князь шагнул в мою сторону:

— Вставай, Сабуро! Нам предстоит короткая поездка и долгая беседа. Ты умеешь сидеть в седле?

На поляну вывели белого коня. Лошадей до этого я видел лишь нарисованных — в одной из отцовских книг. Знаю, что в других землях люди на них ездят, запрягая в повозки или верхом.

В седле или без оного. В той книге был изображён всадник в кольчуге, со щитом и длинным копьём за спиной. Сгорбившись от усталости, он куда-то ехал на своём коне. Представить себя на его месте я не смог:

— Не обучен, Ваша милость!

— Ничего, поедешь со мной. Лишнего коня всё равно нет. — Князь подошёл вплотную и смерил меня взглядом. — К часу Лошади[23] будем в замке, поспеем как раз к обеду. Надеюсь, ты выдержишь этот путь без завтрака?

Признаться бодрому старику в том, что не ел со вчерашнего дня, я не осмелился и вместо ответа уверенно кивнул.

По-видимому, это произвело на Его Милость хорошее впечатление. Добродушно усмехнувшись, он подхватил меня подмышки и усадил прямо на шею коня, что подвёл расторопный писарь-казначей. Я не успел и глазом моргнуть, как князь оказался сзади. Неожиданно сильные руки легко приподняли меня, и через мгновение я ощутил под собой непривычно жёсткую кожу седла.