Желания

– Маршрут колонны шёл в обход, по горной дороге. Если пойти дальше, по нашему пути, возможно, срежем. Здесь должна быть тропа. Так и выйдем к базе.

– Отлично, – сказал санитар. – Надо бы разведать.

– Мы с Андреем сходим, – сказал Курумбаев и взял автомат. – А ты оставайся со Степановым. Тебя как зовут-то?

– Морозов. Миша, – ответил санитар.

– Айдар, – представился Курумбаев.

– Андрей, – улыбнулся Волошин.

– Так, вы тогда идите, я тут с младшим сержантом останусь, – сказал Морозов. – Осторожнее только. Глядите в оба.

Айдар и Андрей кивнули. Оба надели каски и пошли в разведку. Морозов дождался, пока бойцы скроются из виду, и перевёл взгляд на Степанова. Тот мирно спал, изредка ёжась от холода и вздрагивая от боли. Морозов взял флягу и подул на неё. Она покрылась инеем. Он открыл крышку и напоил Степанова водой. Сержанту стало легче. Он что-то пробормотал и погрузился в сон. Морозов улыбнулся, закрыл флягу и вдруг увидел, что из нагрудного кармана Степанова торчит уголок письма. Морозову стало любопытно.

Он осторожно открыл карман и достал письмо. Конверт был вскрыт. Морозов посмотрел на адрес.

– Тула… – прочитал он и погрузился в воспоминания. Он вспомнил, как пятьдесят лет назад отвозил последние письма тех, кто навсегда остался в полях под Могилёвым, Курском, Вязьмой. Кто сгорел в танке, погиб в авианалётах. Вспомнил рыдания Маши, что получила письмо от брата, которое он так и не смог отправить. Сорок лет… Много ли это? Для него – это лишь мгновение. Дар ли вечная молодость, вечная ясность рассудка? Или же проклятие? Что лучше – знать, что никогда не умрёшь, или же каждую ночь встречаться с кошмарами, помнить ужасы войны, жестокость, горечь утрат? Помнить каждую смерть в мельчайших подробностях? На эти вопросы Хранитель Добра не мог ответить до сих пор.

Навеки отказаться от личного счастья… Быть может, друид был прав? Об этом Хранитель Добра решил подумать как-нибудь в другой раз. Впереди была целая вечность. Он вздохнул, осторожно раскрыл конверт и развернул письмо.

– 05.12.1988 года.

Здравствуй, Танюша! – начал читать Морозов про себя. – Пишу тебе из демократической республики Афганистан. Красиво очень! Горы кругом. Но на Алтае лучше! Каждый день вспоминаю нашу поездку. Тут тепло, шпарит, как в печке. Скучаю по холоду, снегу. По ночам, перед тем, как уснуть, думаю о тебе. О том, как мы вместе встретим Новый год. Обязательно пригласим всех-всех. А может и не будем. Только ты и я. Я уже и желание загадал, Таня. Рановато, наверное, но всё-таки.